В лесу удовольствий на троих набирается множество интересных персонажей: симпатичные мужчины лишь случайно приходят для оплодотворения, но женщины здесь настоящие ученые-амазоны — знатоки флоры и фауны. К тому же есть милые котики, которые беспринципно вмешиваются в жизнь Михеевых. Когда появляется Чубайс (тоже известный как Рыжий), мир вокруг меняется до неузнаваемости....
Мерцающая жемчужина влетела в струи водопада с такой скоростью и бескомпромиссностью, что сперва испугался — вдруг её смоет стремительным потоком, но потом увидел, как она наполняется радостью и магией, обмениваясь силой с этим волшебным источником.
— Фу, Принцесса! Плохая девочка! Перестань на меня брызгать! — Саша отчитывала Лаахта.
— Она делится с тобой своей магией и счастьем, не надо её прогонять! — не смог удержаться от реплики в защиту радостной жемчужинки.
Саша отплыла с мелководья, словно опасаясь меня. Неужели я настолько ей неприятен?
— Что ты тут делаешь? Где Вулфи? — ну вот, её мысли только об оборотне.
— Зверюга общается с родственниками. А я пришёл, чтобы побыть со своей несостоявшейся женой. Не думал, что буду жалеть, о том, что женщина не приняла обручальные клятвы. Но ты всё изменила… Я больше не хочу служить миру Леса. Я весь твой, Саша.
— Я не хотела, чтобы меня заперли в родовой башне твои сородичи. Но ведь ты и сам знаешь, как мне дорог. Если бы наши клятвы звучали лишь для нас двоих, то я согласилась.
Неужели у меня есть надежда? Если так, то пусть эти волшебные воды станут свидетелями наших клятв.
В дарящую силу и бодрость прохладу озера я входил свободный от страхов и одежд, Избранная ещё попятилась назад, хотя её глаза манили и призывали подойти ближе, сплестись телами в единое целое. Этот безмолвный сигнал лишил меня рассудка. В пару гребков оказался рядом со своей возлюбленной, дрожащей от страха и возбуждения.
— Урд…
— Не надо слов, таинство любви свяжет нас сильнее любых клятв!
Я подхватил девушку за ягодицы и придвинул к себе, одновременно разведя её длинные ножки.
— Никогда не занималась сексом в воде… — простонала мне на ухо.
— Ты удивишься, но я тоже!
Мы оба рассмеялись. Ещё недавно я был девственен и предан лишь служению Лесу, не помышляя о единении с женщиной.
— Хочу тебя! — её острые зубки прикусили меня за мочку. Всё-таки не просто так они с оборотнем нашли друг друга.
— А я тебя, возлюбленная! — последнее слово я выдохнул, входя в её влажное манящее лоно.
Внутри Саши было потрясающе горячо и узко, я чувствовал её всю, каждой клеточкой, но те сантиметры плоти, что оказались в объятиях её женских прелестей стали мегачувствительны.
