Вот описание для вашей книги, подчеркивающее сюжет и атмосферу: На пляже неожиданно встречает девушку, изолированную от мира. Здесь начинается приключение вдвоем — скрываются секреты, раскрываются мрачные тайны, и она вынуждена бежать от преследователей, чтобы остаться живой. Каждое движение подводит к невероятным открытиям и жестоким сценам....
– Нам потребуется много работы, – сказал Гидеон, постукивая пальцем по стене и прислушиваясь к звуку. – Укрепить некоторые перекрытия, починить крышу, заменить часть окон. Но структура здания крепкая, основа хорошая.
– А на первом этаже нужно будет установить дополнительные ледники для хранения рыбы и других скоропортящихся продуктов, – добавил Освальд. – И специальную вентиляцию для моей пекарни, если мы всё же решим перенести её сюда.
Мы составили предварительный план работ и распределили обязанности. Марк вызвался руководить ремонтом крыши и верхнего этажа – будущего ресторана.
Мне же предстояло заниматься общей координацией, закупками материалов и, конечно, планированием ресторана – от меню до интерьера и подбора персонала.
– Когда планируем открытие? – спросил Томас, когда мы заканчивали обсуждение.
Я задумалась.
– Думаю, реалистичный срок – два месяца, – ответила я. – Как раз к осеннему фестивалю урожая, когда в город съезжается много гостей из окрестных деревень и даже из столицы. Это будет отличное время для презентации нашего кооператива и ресторана широкой публике.
Все согласились, что срок разумный – не слишком затянутый, но и не излишне поспешный.
Вернувшись в лавку, я обнаружила, что за время моего отсутствия не произошло ничего экстраординарного – Эмма и Мирта прекрасно справлялись с покупателями, которые, впрочем, были больше заинтересованы новостями о кооперативе и победе на торгах, чем собственно рыбой."
"– Весь город только об этом и говорит, – сказала Эмма, помешивая уху на плите.
Я улыбнулась, представляя, как бы удивилась Валентина Семёновна, узнав, что теперь она – местная героиня, символ сопротивления богатым угнетателям. В моей прежней жизни я была слишком занята выживанием, чтобы думать о каких-то социальных преобразованиях.
