На 8 июня 1944 года в квадрате 22–16 мир казался спокойным и забытым войной. Солнце жарило, ветер тихо шепелявил, стрижи в небе исполняли легендарные пируэты. Лес медленно переходил от осинника к березнику через светлую редкость деревьев. Проселочная дорога вырывалась на опушку, как змея, пронизывая лес и снова исчезала за ним....
Они лезли вперед, переползали через округлые булыжники, обходили остроконечные, утыканные шипами, выступы. Местность понижалась, спускалась в котловину.
В каменистой чаше остановились, сделали привал. Павел разрешил курить в рукав. Люди сосредоточенно пыхтели, с наслаждением вдыхали дым. Пили воду из фляжек. В окружающем пространстве царила подозрительная тишина. Природа спала, царило полное безветрие.
– Может, перекусим по-быстрому, а, товарищ майор? – предложил Караган. – А то наползались, раньше есть хотелось, а сейчас – просто жрать…
– Ладно, давайте понемногу, – согласился Кольцов.
За доставку продуктов нес ответственность Цветков. Он как-то притих, потом виновато засопел.
– Так это самое, товарищ майор… – в голосе зазвучали покаянные нотки, – не вышло у меня, несколько подходов делал, даже хлеба взять не удалось. Там сейчас НКВД на постах, следят за людьми после того отравления… А сухой паек наперечет, выдается только по накладным.
Оперативники угрюмо молчали. Николай съежился, глаза боязливо поблескивали.
– Но есть и хорошая новость, – убитым голосом закончил он, – сухарей много.
– Гм, – сказал Кольцов. – Не понял, товарищ лейтенант. Мы находимся в опасном урочище, где хозяйничают немцы, а для поддержания физических сил у нас только сухари?
– Много сухарей, – тупо повторил Цветков.
– Я ему сейчас голову откручу, – пообещал Безуглов.
– А я – все остальное, – добавил Караган.
– Ну простите, мужики, – взмолился Цветков, – вышло так. На меня и так с подозрением смотрели…
– Ладно, давай свои сухари, вредитель, – вздохнул Кольцов.
Сухарей действительно было много, их рассовали по карманам, уложили в вещмешки в качестве НЗ. Продукт был сухой, громко хрустел, люди чертыхались.
– Вот это мы тебе припомним, Коляша, – мстительно бурчал Безуглов. – Это еще ничего, товарищ майор, вы представьте, если бы ему патроны поручили достать.
Цветков виновато помалкивал.
– Командир, ты уверен, что нам надо лезть в эту лихомань? – осторожно спросил Караган. – Вроде выяснили: здесь немцы, надо возвращаться, докладывать. Пусть собирают силы, проводят операцию по выкуриванию. Сам говоришь, их тут не может быть много.
– Нет, пойдем дальше, – возразил Павел.
