О чём книга «Лестница в Эдем»
В Лестнице в Эдем началась новая эпоха: мир отбросил свои старые обличья и стал чем-то другим. Здесь каждый шаг нарушает вечный круг замка времени, вызывая неописуемые крики из глубин бездонной тьмы.

В Лестнице в Эдем началась новая эпоха: мир отбросил свои старые обличья и стал чем-то другим. Здесь каждый шаг нарушает вечный круг замка времени, вызывая неописуемые крики из глубин бездонной тьмы.
Но тут какая была логика? Если на самом важном свидании мне разобьют сердце, то будет полезно, если кто-нибудь помажет его зеленкой на менее важном.
Эссиорх поймал его за шкирку и постучал согнутым пальцем по лбу.
– Тебе не зеленка нужна, а доктор! Я знаешь что иногда представляю? Если тебе в одно ухо влить перекись водорода, то из другого уха польется пена!
Корнелий хихикнул было, но спохватился, что он на Эссиорха в обиде, и сурово сказал:
– Благодарю тебя за больные фантазии, старичок! Оставь их для медицинского персонала!
– Не груби! – благодушно произнес Эссиорх.
– А вот и буду грубить! Чихать я на тебя хотел! – сказал Корнелий и тотчас, не отделяя угрозы от ее воплощения, обстрелял Эссиорха серией мелких чихов.
Движения у Багрова были замедленные, и телепортировать его из квартиры стражи не решились.
– Может, э-э… по лестнице? – предложил Корнелий.
– Она его разве пустит? – усомнился Эссиорх.
– А если с нами? А то ведь размажется где-нибудь, и все дела… Если будут ругать, объясним, что тут случай особый.
Эссиорх, помедлив, неуверенно кивнул и помог Багрову встать.
– Не смущайся! Держи меня за шею! Тут ничего стыдного нет! Всякий, кто получал по мозгам, это понимает! – ободрил он его.
Ирка вышла их проводить, а когда минут через десять вернулась, то еще в коридоре ощутила, что в комнате кто-то есть. Сердце, этот известнейший в широких кругах паникер, застучало, нашептывая самое худшее. В одно мгновение Ирка собралась, материализовала копье и, распахнув ногой дверь, ворвалась в комнату.
* * *На нешироком, но глубоком подоконнике, характерном для доходных домов, Ирка увидела Гелату. Валькирия воскрешающего копья сидела и лузгала семечки. Рядом мялся ее здоровенный оруженосец и от нечего делать тыкал негнущимся и толстым, как столб, пальцем в клавиши Иркиного ноутбука.
Валькирия-одиночка едва сдержалась, чтобы не пригвоздить эту наглую тушу к стене. Она не выносила, когда кто-то трогает ее компьютер.
– Чего ты такая дерганая? Семачки будешь? – спросила Гелата, радостно выговаривая слово на деревенский манер.
Ирка, все еще взбудораженная, отказалась. Гелата не стала уговаривать.
– Ну и правильно! Чего желудок засорять? Мне больше достанется, – сказала она.
Ирка опустила копье. На своей кровати она обнаружила брошенный чемодан.
– Ты надолго? – спросила она.
– А что, уже надоела? – заинтересовалась подмосковная валькирия.
– Да нет.
Гелата хихикнула."
"– Хороший ответ «да нет». Удобный. Тут тебе и «да», тут тебе и «нет».