– Отлично, тогда книжные полки – мои, а ты бери себе письменный стол и спальню.
Артур уверенно взялся за один из ящиков письменного стола. У Имса возникло странное ощущение дежавю.
Артур споро обшаривал стол – выглядело это так, словно он занимался этим не в первый и даже не в десятый раз. Экономные и расчетливые движения Артура привели Имса в недоумение, и тут же он поймал себя на том, что и сам проглядывает полки так, будто руки сами знают, что делают. На робкие попытки сознания намекнуть, что оно отродясь обысками не занималось, Имс попросту наплевал.
Изумляться будем после.
Книг, надо сказать, было много. Насколько Имс успел понять, подавляющее большинство томов содержали исследования и сборники публикаций по физике: Эйнштейн, Де Бройль, Шредингер и еще куча незнакомых Имсу имен.
Корешки книг были захватанными, книжки стояли не для виду, пользовались ими явно часто и помногу.
– Этот старик – фашист, – вдруг сказал Артур. В голосе было нескрываемое отвращение.
Артур добрался до нижнего ящика, и тут ему, можно сказать, повезло: он наткнулся на толстый старинный альбом с фотографиями. Переплет у альбома был похабно-алый, бархатный, с проплешинами и залысинами. Углы лоснились. Фотографии, видимо, тоже рассматривали часто.
Имс подошел, Артур подвинулся в сторону, давая лучший обзор выложенной на столешницу находки.
На первых разворотах Имс не нашел ничего интересного: какие-то усатые дядьки, сидящие на стульях, за ними – явно жены, все с напряженными лицами, как всегда у людей на старых фотографиях начала века. Потом еще: какие-то дети, подростки, а дальше – несколько пустых страниц, со светлыми прямоугольными пятнами: очевидно, что снимки куда-то дели, не заменив ничем другим.
И дальше, между этими пустыми страницами, вытертая черно-белая фотография: несколько человек в черной форме, в высоких фуражках, знакомым всем по фильмам и книгам, улыбаются в объектив, у ног – деревянные ящики, кто-то даже поставил ногу на угол, так, как на охотничьих фотографиях удачливый охотник попирает ногой поверженную добычу.
– Видишь? – спросил Артур. – Эсесовцы. И в немалых чинах.
Имс не стал спрашивать, откуда Артур так хорошо разбирается в вопросе.
– Думаешь, наш старик один из них?
– Я это чую, – сказал Артур и хищно раздул ноздри. Выглядел он неприятно.
Имс молча продолжил переворачивать толстые листы альбома. Он нашел еще пожелтевшую страничку, очевидно вырванную из какого-то блокнота, с нарисованным от руки автомобилем. Рисунок был очень умелый, почти мастерский, в контурах можно было легко опознать авто тридцатых, с характерным для моделей тех лет вытянутым мощным капотом, похожим на нос кашалота. Машинка явно была очень дорогой модели. Имс полюбовался на картинку, стал листать дальше.