Он сразу заметил, как изменилось поведение Артура, сразу после того как они нашли тот затертый альбом со старинными фотографиями. Артура как подменили – моментально схлынуло азартное возбуждение, бурлившее в нем еще с того первого общего сна. Его как будто оглушили – по крайней мере, именно такое впечатление сложилось у Имса. Артур словно вляпался в гигантскую лужу рвоты, на лице проступило такое омерзение, что казалось, еще немного, и Артур не выдержит, выбежит за дверь, чтобы проблеваться уже самому.
Конечно, весь интерес к «расследованию» словно корова языком слизнула. Проснувшись, Артур молча ушел в каюту, вышел оттуда переодетым в ярко-красные спортивные плавки (в другое время Имс не упустил бы возможности ознакомиться с ними поближе), натянул на лицо узкие очки для плавания и, не медля ни минуты, ухнул прямо с борта в воду.
Имс следом не полез, наоборот, наплевав на лежаки и прочие удобства, устроил себе лежбище из полотенец, отдал стюарду подробные инструкции по поводу выпивки, и возлег.
Артура носило по волнам минут сорок, не меньше. Имс, прищурившись и приподняв солнечные очки, наблюдал, как тот, наконец, выбрался из воды, небрежно обтерся полотенцем и устало сел рядом.
– Мохито? Ром-кола? Пинья-колада? – обслуга на юсуфовой яхте была вышколена так, что Имс бы не удивился, если бы узнал, что прежде все эти ребята служили при дворе Ее Величества.
– Водки, – сказал Артур, нахмурившись на солнце. – Ледяной водки, рюмку, соленых огурцов.
– Нет у них соленых огурцов, – сказал не понаслышке знакомый с русским укладом Имс. – Только маринованные.
– Плевать, пусть будут маринованные, – махнул рукой Артур и откинулся навзничь.
– Икры? – спросил стюард с абсолютно непроницаемым лицом.
Имс только рукой махнул, отказываясь, и сделал знак повторить – еще одну порцию виски.
Артур прикрыл голову полотенцем, общаться явно не хотел. Когда стюард притащил бутылку «Абсолюта», Артур снова сел, в полном молчании сам налил себе тягучей прозрачной водки, выпил махом, с хрустом разгрыз маринованный корнишон из хрустальной вазочки.
Имс наблюдал за всем этим искоса, вроде бы индифферентно, но уже слегка бесясь внутри. Да, он понял, что Артура колбасит после того, как он узнал, что дедок был фашистом. Да, Имс, как и любой цивилизованный человек, воспитанный в британской традиции, не переносил фашизм как идеологию и фашистов как личностей. Да, он считал, что умение хорошо разбираться в истории крайне необходимо любому интеллигентному человеку.