Артур мчался так, будто задумал побить все олимпийские рекорды, Имс бежал следом с одной-единственной мыслью в голове: что еще неожиданного сможет сегодня выкинуть Артур? Уверенность, что он знает своего ассистента вдоль и поперек, покидала его с каждым шагом.
Наконец они остановились в каком-то закоулке. Сначала не было слышно ничего, кроме хрипов и всхлипов двух пытающихся отдышаться людей, но постепенно стало ясно, что, кроме этих звуков, никаких других больше нет. Они явно оторвались от погони. Если она, конечно, была.
Имс плюхнулся прямо на краешек тротуара, потом подумал и лег. Артур упрямо стоял, хотя и уперся руками в колени, но садиться в грязь явно не желал. Имс мимоходом подивился такой стойкости в отношении тряпок, выдавил, захлебываясь воздухом:
– Вроде никого нет… Где мы?
– Кажется, уже… до Садового кольца добежали… – пробормотал Артур сипло.
Имс стащил с себя куртку и постелил рядом.
Артур послушно сел, привалился к плечу. Дышали оба еще тяжело, натужно.
– Арти, Арти, – позвал Имс.
– А? – откликнулся Артур.
– Пистолет-то у тебя откуда, милый? – поинтересовался Имс. Просто спросил, на удивление и прочий энтузиазм сил уже не хватало.
– А? А! Не знаю, – сказал Артур.
Повисла тишина. Имс подвинулся, чтобы было удобнее, повернулся к Артуру и стал смотреть, как ходуном ходит его грудь, и щеки то вздуваются, то западают.
– Ну что? Не знаю! – повторил Артур с некоторой даже растерянностью. – Когда мы стояли там, и они… ну было ясно же, что они сейчас полезут… а что делать? И тут я подумал – был бы у меня сейчас пистолет!
– Ну? – спросил Имс с нетерпением.
– Что – ну? Не знаю я! Я подумал, а потом почему-то… сунул руку… за пояс… ну и он там… был.
– Отъебись, – устало огрызнулся Артур. – Я тебе говорю, как есть, хочешь – верь, хочешь – не верь. Было все как-то… само собой, что ли… я даже не думал – рука сама знала, что делает. Все прошло без моего участия, я как будто со стороны смотрел… Бац – и уже выстрел, и уже мы бежим со всех ног… Ухо вот тебе прикрыл, чтоб не оглушило... Откуда знал?..
Имс снова улегся, прямо над ним висело мутное, черно-синее городское небо, смазанное отсветом реклам и уличных фонарей.
– О, сколько нам открытий чудных… – с чувством продекламировал Имс.
– Пушкин, – строго проинформировал Артур.
– И гений, парадоксов друг, – сказал ему Имс.
– Угу, – хмыкнул Артур, наконец-то расслабляясь. – И случай, бог-изобретатель...
– Хочу тебя, дорогуша, – сообщил Имс.
– Что, прямо здесь? – изумился Артур.
