Автор
Вечерело над Крымским мостом, когда молодой летчик Федор обнаружил, что мир вокруг его маленькой группы людей рушится под ногами. Неконтролируемая весть изменила все: от географии до менталки. Федор столкнулся с неожиданной ведьмой и стал свидетелем невероятных чудес, которые перевернули его жизнь....
Иммунитет бесится, заодно и плод воспринимает как инородное тело. И гормоны поэтому тоже в раздрае. Так бывает редко, но… бывает. Поезжайте, отдохните. Вернетесь — я вас отправлю к толковому неврологу. Встанете на учет, чтобы лекарства бесплатно по квоте получать, они стоят на курс как неплохая квартира. Но учтите, если вдруг появятся какие-то неврологические симптомы, сразу возвращайтесь. Не тяните, не ждите, что само пройдет. Потому что не пройдет.
В Калининград — для своих Кёниг — я приехала под проливным дождем и в соответствующем настроении.
Курить нельзя. Пить тоже. И с кофе поосторожнее. А что тогда вообще можно? Секс? Это да, это как раз хорошо. Но не хочется. Абы с кем — точно нет.
Для начала я попыталась отключить голову. Насколько возможно. Отсыпалась, смотрела сериалы целыми сезонами, читала. Если прекращался дождь, выходила прогуляться. А вот в интернет вылезать не стоило, потому что куда бы ни заглянула, в итоге все равно оказывалась либо на медицинских сайтах, либо на форумах товарищей по несчастью.
Что это? Правда пальцы на ногах немеют? Или показалось? А в глазах что за муть? А в ушах точно жужжит? Или это за стенкой что-то сверлят?
Мишке писала коротко: все в порядке. И совсем по нему не скучала. Только по Лорке, которую пришлось оставить с ним. Машу предупредила, что уезжаю. И о том, что побуду пока вне доступа, потому что мне это надо.
Звонок с незнакомого номера застал, когда я вышла из душа. Распаренная и размякшая. Наверно, поэтому и ответила, а не скинула. И чуть не выронила телефон, услышав:
— Маргарита, добрый день. Это Иннокентий.
Иннокентий…
Вспомнился тот самый первый урок биологии в их классе, когда он сначала назвал меня королевой Марго, а потом ведьмой. Ведьма Марго. Я потребовала представиться, и он отрекомендовался Иннокентием.
Я примерно представляла расклад. Он пристал к Машке с ножом к горлу, что у меня такое, с чего я поперлась голову исследовать. Та, скорее всего, молчала, как партизан, но телефон дала. Мол, звони, спрашивай, но не вздумай сказать, откуда дровишки. Поэтому притворилась, что его звонок — самое обычное дело. Что у него по умолчанию должен был быть номер.
Ну да, разумеется, он спросил, что со мной. Все ли в порядке.
