Ей не нравилось, как таращились на нее кровельщики. Они бы не вели себя так, будь здесь Александр.
Стив улыбнулся.
– Ты сегодня чудесно выглядишь, – сказал он, окидывая ее взглядом. – Пойдем, познакомлю тебя с нашими людьми.
Качая головой, Татьяна сказала:
– Я не королева, Стив. Я жена Александра. Так что сделай одолжение, не знакомь меня с другими людьми.
Улыбка Стива слегка дрогнула.
– О, но мы здесь все друзья. Поверь мне, твой муж отлично это знает.
– Нет, – холодно произнесла Татьяна. – Не думаю, что он в этом уверен.
Когда Александр вернулся, на лице Стива застыла улыбка, и они с Татьяной уже оставили тему понимающей натуры Александра. Александр отдал Стиву подписанные бланки, забрал Татьяну и корзинку с ланчем к своему грузовику, и там они пообедали в стороне от всех.
– Ты чудесно одета, Таня, – сказал Александр. – Мне это не нужно, а уж тем животным тем более.
Ей не хотелось говорить то, что она думала: почему бы ей не нарядиться, чтобы те люди проявили к тебе чуточку больше уважения?
Он наклонился к ней:
– Они все просто задницы, не обращай на них внимания. Ладно, мне пора возвращаться. Поцелуй меня.
У нее чуть припухли губы и немного растрепались волосы от его рук, заодно забравшихся и под трусики, когда они вернулись на площадку. Когда Александр провожал Татьяну к ее машине, кто-то пронзительно засвистел.
Александр посмотрел на кровельщиков, заканчивавших обед:
– Вы что, не в своем уме?
Никто не принял это на свой счет.
Татьяна уехала без комментариев.
Александр собрался уйти без комментариев.
Но не успел еще отойти, как старший кровельщик одарил его понимающей улыбкой."
"Где только Бэлкман набирал этих людей? Рабочие явно были из страны, где не ведали древних правил поведения мужчины. Этот кровельщик, вскинув брови, посмотрел на дорогу, на которой исчез седан, и сказал:
– Она что-то особенное, да. Должна тебя возбуждать, как…
– Да ты что, издеваешься? – бросил Александр.
Кровельщик также не имел ни малейшего представления о сдержанности. Он снова открыл рот, чтобы заговорить. Александр схватил его за рубаху и швырнул на землю. С обиженным вздохом (чувствовал себя обиженным!) кровельщик ушел с площадки и увел всю бригаду.
Бэлкман этому не обрадовался:
– Ты работаешь на меня. Ты представляешь мою компанию. Это плохо отразится на бизнесе, люди же постоянно переходят с места на место! И ты знаешь, что они ничего такого не имели в виду. Просто мужская болтовня.
– Черта с два. Я много где побывал, я служил в армии, и, черт побери, нигде мужчины не говорили так о чьей-то жене – если только не хотели лишиться зубов.
– Ох, да ладно, это просто старые пустые шутки. Аманда, Маргарет, еще кто-то – им все равно.
Маргарет была подругой Билла. Александр подчеркнуто произнес:
– Таня – моя жена.