Лена сидела перед зеркалом, покрытым большими банзателями полотенцем, нежно нанося крем на лицо. Летними ночами она плохо спала, чувствуя нехватку времени для отдыха. Все так же в унисон срывались бурные мысли и желания действовать решительно, но все равно оставалось лишь забыться в ярких взглядах своих ночных партнеров....
Он оторвался от ее сладкой кожи, положил зацелованную руку себе на плечо.
Обними меня, Лен. Мне так надо. Мне необходимо.
И ее слабое шевеление пальчиками у затылка воспринялось, как удар тока, как что-то настолько сладкое, что будоражащей волной пошло по всему телу, от шеи вниз, до кончиков пальцев.
И глаза ее, от которых он оторваться не мог, стали огромными. И лучи уже умершего за горизонтом солнца в них были ослепительны. Невозможны. Гипнотизировали, заставляя терять последний рассудок.
Что ж ты делаешь со мной, Лена? Нельзя же так.
Она потянулась к нему сама. Немного, совсем чуть-чуть. Но сама.
И ему хватило этого, чтоб начать действовать.
Ее губы были совершенно неуверенными. Такими подрагивающими, доверчиво раскрытыми. Данилу не надо было много. Только попробовать. Только чуть-чуть…
И голова не отключалась, просто такой сладостью затопило, таким ощущением правильности. Это правильно.
Она в его руках – это самая правильная вещь в этом мире.
Начинался ветер, волны били по босым ногам сильнее, словно ритм задавая.
Поднять ее на руки – было из той же стихии. Продолжение природы.
У Данила не было с собой куртки, чтоб постелить, но кофта Лены немного помогла. А остальное – неважно же.
Важны только ее глаза в полутьме, влажно поблескивающие, такие неожиданно жадные и неуверенные. Важны ее губы. Она что-то говорит. Опять. А Данил… Ну, конечно слушает. Конечно.
Джинсы… Зачем ей джинсы? Не нужны. Мешают.
Ступня. Маленькая такая.
Что же ты замолчала, Лена? Продолжай… И он продолжит…
А дрожь усмирять не будем. Будем разжигать.
Мне нравится, как ты дрожишь, Лен. Как теряются и путаются слова. Такие правильные. Такие ненужные сейчас.
И да, он был прав. Мокрая, совсем мокрая. И горячая.
А ты не такая правильная девочка, Лена, какой хочешь казаться? Сейчас еще немного неправильности добавить…
Она выгнулась в его руках, забормотала что-то укоряюще и смущенно, попыталась выбраться, отползти.
Куда еще? Ну уж нет. Он не закончил еще. Он только начал вообще-то. И теперь ужасно хочется услышать, как ты будешь кричать, неправильная девочка Лена.
А для этого… Ничего особенного. Это просто язык. И пальцы. Пока что.
Кричи, Лена.
И очень хорошо, что на пляже никого, они одни совсем, только море слышит. А море и не такое слышало.
Первый раз Лена кончила быстро, прямо совсем чуть-чуть хватило, немного.
