В летнее 1945 в СССР шел апогей борьбы с бандитизмом. В Главном управлении милиции НКВД устанавливали местонахождения антикоммунистических группировок, собирая личные данные и готовясь к их разгрому. Кровавая чистка под предлогом борьбы с бандитизмом охватила все уголки страны....
– Вы временно переходите в мое подчинение. Вот текст, который передали в Вильнюс нашим людям.
Лист бумаги перекочевал в руки Фомина. Тот быстро пробежал его глазами, увидел словечко «гуляй» и вернул Ворону.
– Наше подразделение называется АБГ, агентурно-боевая группа размером с батальон. Таких в Литве сформировано несколько. Мы занимаемся выявлением и уничтожением лешке бролис, то есть «лесных братьев», если по-русски, а также создаем фиктивные команды якобы этих самых партизан, вводим их в заблуждение и ликвидируем… Вы на фронте были?
– Почти всю войну, – ответил Фомин.
– М-да… – Ворон почесал подбородок. – Валера, ну, прямо Дед Мороз, подарки мне принес. Я не шучу. – Он в упор посмотрел на Фомина. – Согласны возглавить разведвзвод у меня?
Михаил пожал плечами.
– Как прикажете.
– Так и приказываю. – В голосе Ворона прорезались жесткие интонации. Он вызвал адъютанта. – Проведешь его по всем нашим подразделениям – пускай наберет себе человек десять на свое усмотрение, потом доложите.
– А что будет входить в наши обязанности? – аккуратно поинтересовался Фомин.
– Воевать, – коротко сказал Ворон.
– Это нам близко и знакомо. – Фомин взбодрился. Он попал в свою стихию. – Как мы можем связаться с Волошиным?
– Пока никак, – отрубил Ворон. – Вы же читали в записке – только по ВЧ. Из Вильнюса сейчас мы такую связь организовать не можем в силу определенных обстоятельств, включая ваши.
На следующий день, едва развиднелось, Циценас под охраной ускакал в ближайшую воинскую часть, где по ВЧ доложил Волошину о результатах их с Фоминым деятельности, получил закономерный втык и к вечеру вернулся обратно с соответствующими инструкциями.
