Ульяна провела день за закрытыми дверями своего кабинета, каждый документ требовал внимания и проверки. Время течёт так незаметно, что кажется меньше чем неделя, даже когда ты постоянно работаешь. Это второе лето в её должности директора, но каждая минута проходит как будто бы летом не существует....
Вкупе с беспринципностью и цинизмом такие преимущества дают тотальные результаты.
– Хотелось бы знать, кто убил самого Качалина.
– Неужто не догадалась? Кто-нибудь из их же компании. Легко угадать причину: Качалин, считая себя одиночкой, сказал «А», но не захотел объясняться дальше.
– Мне не до конца ясна роль Конюхова, кроме того, что он по заказу Качалина сбивал плитки в мезонине. Что касается пресловутых сокровищ… – Ульяна встала, подошла к окну и, оглядев служебную парковку, продолжила: – Вообще-то, если хочешь знать мое мнение, – все это сказки.
– Он не был стариком, ему было всего сорок восемь лет. И, если хочешь знать мое мнение, я ему верю. – Богданов взял со стола протокол и сунул его в папку. – Доверимся знающим людям, которые, возможно, умнее нас.
– Ты о ком?
– Качалин и Збруев в своей области гуру.
– Такое утверждение трудно оспорить. – Заметив, что Богданов посмотрел на часы, Ульяна спросила: – Спешишь?
– Жду, – коротко ответил следователь.
– Кого?
Он уточнил:
– Чего. Должны позвонить из аптеки, где приготовили пилюли для нашего растеряхи. Вернулся тот самый гомеопат, он ищет в записях данные пациента.
Но Ульяне позвонили немного раньше. Увидев на экране имя Надежды, она приняла вызов и встревоженно спросила:
– Что с ним?!
– Ничего плохого! – радостно упредила та. – Кирилла перевели в палату. Еду к нему.
– Я тоже! – Ульяна схватила сумочку и бросилась к выходу.
– Первая кардиология, второй этаж, двести шестая палата.
– Жди меня в вестибюле. Вместе пойдем.
Богданов проводил ее взглядом, снял со спинки стула пиджак и, догнав в коридоре, сказал:
– Я тебя отвезу.
– Зачем? Я на машине.
– Сяду за руль. Ты слишком взволнована, можешь накосорезить.
И это действительно все упростило. Как только автомобиль въехал на больничную стоянку, Ульяна выскочила из машины.
– Сумасшедшая! – крикнул ей вслед Богданов. – Буду ждать тебя здесь! Можешь не торопиться!
Жена Кирилла была уже в вестибюле.
Им выдали два белых халата и бахилы. Не дожидаясь лифта, они поднялись на второй этаж и подошли к двери.
– Иди первой, – прошептала Ульяна, и Надежда, толкнув дверь, вошла в палату.
