Ульяна провела день за закрытыми дверями своего кабинета, каждый документ требовал внимания и проверки. Время течёт так незаметно, что кажется меньше чем неделя, даже когда ты постоянно работаешь. Это второе лето в её должности директора, но каждая минута проходит как будто бы летом не существует....
Так, чего ни коснись.
– Людное место? – осведомилась Ульяна.
– Редкая глушь, – ответил Богданов и замолчал, сосредоточившись на дороге.
Минут через пять они оказались на месте. Он выскочил из машины и нырнул в кусты. Ульяна бросилась за ним и сразу же догнала. Еще не достигнув цели, они тревожно переглянулись.
Ульяна достала из кармана косынку и прижала к носу.
– Там труп…
Богданову и самому был знаком этот запах. Скривившись от омерзения, он скомандовал:
– Идем!
Вскоре они увидели огромную белую голову, которая лежала в траве, на небольшой поляне.
– Кажется, здесь. – Богданов поворошил ветви и констатировал: – Вот он.
– Конюхов? – не приближаясь, поинтересовалась она.
– А черт его знает. Лицо объедено зверьем. Давно здесь лежит, это видно.
Ульяна шагнула вперед, чтобы увидеть труп:
– Комплекция, одежда – все соответствует."
"– Скорее всего, он. – Он отошел в сторону, достал телефон и сказал в трубку: – Дежурный? Следователь Богданов говорит.
Дежурному офицеру удалось разыскать Усачева. Через полчаса полицейский «уазик», раскачиваясь и огибая деревья, въехал на поляну и подрулил к белой голове.
Из автомобиля, кряхтя, вылез Усачев, сердито посмотрел на Богданова и проворчал:
– Из-за стола вытащил, жена только-только борщ налила.
– Сейчас у теба аппетит пропадет, – пообещал Богданов.
– Где? – коротко осведомился криминалист.
Богданов вытянул руку:
– Там, под акациями.
Вслед за Усачевым из «бобика» вышли следователь Пантелеев и двое оперативников.
Богданов пожал руки всем троим и, задержавшись на Пантелееве, сказал:
– Сходи посмотри на труп.
– Пусть Усачев смотрит. Это его работа. Мы с ребятами, покуда не стемнело, вокруг пошукаем.
– Тебе виднее, Николай Петрович.
Оперативники и следователь разбрелись по поляне, Богданов и Ульяна присели на корточки возле головы Ильича.
– С этой стороны под ней ничего нет.
– С этой тоже.
– Было глупо надеяться, будто убийца не забрал отсюда то, что должен был положить Конюхов, – проговорила Ульяна.
– Вот именно… – тихо проронил Богданов.
