Офицеры спецназа ГРУ оказываются в центре неожиданного конфликта, когда вооруженные люди атакуют их позицию с грузинской территории. Захватив двух пленных, они должны разобраться в причинах вторжения и скрытых мотивах врагов, действующих в тени кавказского противостояния.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Лезгинка по-русски» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Офицеры спецназа ГРУ оказываются в центре неожиданного конфликта, когда вооруженные люди атакуют их позицию с грузинской территории. Захватив двух пленных, они должны разобраться в причинах вторжения и скрытых мотивах врагов, действующих в тени кавказского противостояния.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Сергей Васильевич Самаров Литрпг подборки серии
Офицеры спецназа ГРУ оказываются в центре неожиданного конфликта, когда вооруженные люди атакуют их позицию с грузинской территории. Захватив двух пленных, они должны разобраться в причинах вторжения и скрытых мотивах врагов, действующих в тени кавказского противостояния.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Мне повторить сказанное?
Занадворов обращался по-прежнему к врачу, понимая, что человек со сливовым носом из троицы главный. Но ответил тот, кого подполковник принял за фельдшера:
– Мы поняли… Я ничего такого и не сказал. Я попросил уважаемого Автандила Георгиевича разговаривать вежливее и не навлекать на нас новую беду.
Занадворов кивнул не глядя, потому что продолжал смотреть на врача, ожидая конкретного ответа. Но тот берег достоинство и молчал. Это Занадворову нравилось. По крайней мере, вызывало уважение.
– Автандил Георгиевич… Уважаемый Автандил Георгиевич! Вы, как я понимаю, врач?
– Да, я главный врач районной больницы Автандил Георгиевич Саламидзе. Может, вы объясните нам, наконец, что происходит?
– Мне приходится повторять сказанное: вопросы здесь задаю я.
– Ну так задавайте и не тяните время. Меня в больнице ждут… Я один, можно сказать, на весь район остался.
– Подождут. Я не обещаю вам быстрого освобождения. Хотя не обещаю и чего-то уж очень плохого, если вы будете вести себя адекватно обстоятельствам.
Автандил Георгиевич молча ждал продолжения.
– Ваша больница обслуживает американскую лабораторию?
– Что вы называете лабораторией? – спросил Саламидзе.
– То место, куда вы только что ездили.
– У нас это называется учебным центром. Насколько я знаю, американские инструкторы обучают там грузинских офицеров. Видимо, какие-то спецслужбы… Это я так подумал, поскольку попасть в учебный центр очень сложно – там суперсовременные системы контроля. Но это другой вопрос. На ваш же я могу ответить конкретно. Нет, моя больница не обслуживает это учреждение. У них есть свой военный врач, но он, как мне сказали, уехал по семейным делам в Тбилиси, и потому пригласили нас.
– Вы знакомы с военным врачом?
– Нет, мы не встречались.
– И не знаете, грузин он или американец?
– Понятия не имею.
– А с полковником Лоренцем вы знакомы давно?
– Это начальник учебного центра?
– Мы зовем его начальником лаборатории.
– Нет. Сегодня мы встретились впервые. И не полковник звонил, а какой-то капитан. Тоже американец. Кажется, его фамилия Солтон. Впрочем, я могу перепутать. Я давно не имел практики в английском, а вы, наверное, знаете, что они все слова произносят слитно. С непривычки трудно бывает разделить, и из-за этого не все улавливается.
– Да, есть там такой, капитан Солтон…
– Вот… Он позвонил, сообщил, что к ним вот-вот доставят раненого с огнестрелом и рану необходимо осмотреть и обработать. Мы сразу выехали. Послать было некого, потому я сам поехал. А там уже, внутри, на базе или, как вы говорите, в лаборатории, нас встретил полковник. Но он представился как начальник учебного центра. Именно так… Попросил осмотреть раненого. Вот и все…
– И что с раненым?"
"– Больше изображал свои страдания.
