В Лезгинке по-русски рассказывается о стремлении небольшой группы людей изменить судьбу целого народа. Они ищут единомышленников в России, где тайно сохраняется культура лезгинской этнической общины на грани исчезновения. Постепенно литература и искусство становятся инструментами для вытравления их социальной сущности, лишая художников способности видеть правду о ней. Эта книга как камень в молоток для трагической эпопеи угасания самосознания народа....
– Собаку-то за что?
Мальчишка поднял голову.
– Они туда пошли… – показал он рукой не в сторону известной тропы, а в сторону пологого склона. – Возьмите меня, я знаю проход через скалы. Я помогу догнать их.
– Как тебя зовут? – спросил Тихомиров.
– Хамзат… Хамзат Дидигов.
– Дидигов? – переспросил Занадворов. – Родственник Амади Дидигова?
– Амади из нашего тейпа.[6] У нас больше половины села Дидиговы. Есть еще одно село, где Дидиговых много. Это на границе с Ингушетией. Но там другой тейп…
– Хорошо, они тебя еще не тронули, – заметил капитан Ёлкин.
– Они бы тронули… Но тоже спросили, как меня зовут и не родственник ли я Амади. Тогда ушли… Переглянулись и ушли.
– Ты кого-то из них раньше видел?
– Видел одного. Он часто с дядей Амади ходит…
– А как зовут, знаешь?
– Нет. Он не из нашего села. И вообще разговаривает не так, как у нас говорят.
– А как?
– Ну как-то не так… будто в Москве живут. Но он чеченец.
– Понятно. А собаку-то зачем убили?
– Я их сначала не видел, иначе не пустил бы Артура.
Мальчишка снова готов был заплакать.
– Нам всем приходилось друзей терять. Так, ты говоришь, здесь проход есть? – подполковник совмещал утешение с делом, понимая, что отвлечение на другую тему пойдет мальчишке на пользу.
– Да, в соседнее ущелье.
– Покажи на карте. – Занадворов развернул планшет.
Мальчишка долго водил по карте пальцем, но потом пожал плечами.
– Здесь ничего не понять… А проход есть. Я только сегодня там шел.
– Куда ходил-то? – спросил майор Тихомиров.
– Отец с матерью на метеостанции работают. Я два раза в неделю к ним хожу.
Метеостанция на карте была отмечена как нерабочая. Значит, карта устаревшая и пора ее менять.
– Давно метеостанцию открыли?
– Два с половиной месяца. Отец с матерью и раньше там работали. И сейчас стали.
– Идем… Покажешь проход.
– Артура похоронить нужно. Я быстро…
Занадворов обернулся и кивнул капитану Ёлкину. Тот вытащил из-за спины малую саперную лопатку и воткнул ее в землю.
