Лягушка Басё — читать онлайн бесплатно полностью

Что треску, грохоту! А музыка стала прямо оглушительной.

Первым делом  Фандорин подбежал к граммофону и остановил иглу.

Большая комната, где наш горе-скульпотор лепил своих уродов, была вся ими заставлена, так что я не сразу разглядел самого Кальмана.

Он лежал грудью на столе и блестел неподвижным глазом – совсем как утром его папаша.

Рядом лежал опрокинувшийся бокал, из которого вылилось густое красное вино, какое пьют в субботу.

- Кальманчик, ты напился пьяный и уснул?  - пугливо спросил Ханан. – Переживаешь из-за папаши?

- Не смешите меня, - сказал я.

- Живые люди так глазом не блестят. Вы что не видите, он совсем мертвый?

Ханан закричал, хотел броситься к бедному Кальману, но Фандорин ухватил приказчика за ворот.

А сам подошел. Потрогал Кальману шею. Нагнулся, понюхал разлившееся вино.

- Запах горького м-миндаля... Цианистый калий.

- Ох! Он отравился! – охнул я. - Заперся, выпил яду, включил музыку – и того. Хорошие дела, нечего сказать.

- Как отравился? – пролепетал Стефанович. - Зачем отравился?

- Кальман убил отца, это ясно.

Четверть часа назад подслушал, как мы с моим помощником решили, что преступником может быть только наследник. Понял, что ему не отвертеться, и вот. Это, Стефанович, называется «дедукция».

- Ай, горе какое! – запричитал он. - Ну коли так, я вам расскажу, чего теперь скрывать... Либера Горалика убил не Кальман, нет.

- А кто же? – поразился я.

- Не кто, а что. Белый порошок. В Париже Кальманчик пристрастился к опиуму, будь он неладен. Говорил, что все настоящие художники или на опиуме, или – еще лучше - на кокаине.

Но где в Брест-Литовске возьмешь кокаин? А опиум дадут в аптеке, если хорошо заплатишь. Как я умолял мальчика взяться за ум! Я говорил, что до добра это не доведет! И нате вам. Хороший, богобоязненный молодой человек свихнулся от дурмана.  Может, ему привиделось что-то или я не знаю, и он угробил родного папашу. Это такой грех, такой грех! Но еще хуже для еврея наложить на себя руки. Правильно пишут в газетах, что наркотики – чума нового века.

Я про опиум ничего не знаю. Крепче перцовой настойки ничего в жизни не употреблял.

- А какой он, этот опиум? – спрашиваю. – И где он?

- Кальман прятал его в шкафу, за книжками.

Я открыл шкаф – и точно, за книжками стояла банка, а в ней что-то белое. Я понюхал. В нос шибануло тягучим, горьковатым. Пробовать на язык я не стал. Вдруг сразу втянешься? У меня семья.

- Действительно опиум? – спросил Фандорин.

 Чтоб я знал? Но кивнул: «Он самый».