Ночь царила в этой комнате как бы невесёлая, мрачная. Когтистой лапой сжала моё сердце, дыхание перехватило, и вдоль позвоночника пробежал ледяной холод нехорошего предчувствия. Медленно переводя взгляд от огня в камине к вытканным гобеленам с кровавыми битвами, я ощущала непреодолимое желание встать и уйти....
– Кхм… – поперхнулась, но никак не прокомментировала, хоть и внутри меня всё воспротивилось такому раннему сватовству. Чтобы не накручивать себя ещё больше, я перевела разговор на другую тему, – сколько домов в общине? До битвы богатая была?
– Домов тридцать…, наверное, может больше, не знаю, госпожа. Богатая – меха всегда ценились… – принялся рассказывать Ньял. За разговорами мы незаметно добрались до деревни.
Наше появление всполошило народ, дети и женщины, стоило нам приблизиться к их домам, тотчас прятались за крепкими стенами заборов.
От их сурового и мрачного вида по моей спине поползли зябкие мурашки, тело сжалось в пружину, а ладонь непроизвольно стиснула рукоять кинжала, висевшего на поясе…
Глава 14
– И не вздумай сюда возвращаться! – истеричный крик, раздавшийся всего в метре от нас, перепугал меня до смерти. С трудом сдержав естественный порыв рвануть куда подальше от опасности, я резко обернулась в сторону скандала.
Воины же, охранявшие меня, подтянулись ко мне ещё ближе и с тихим скрежетом вытащили мечи из ножен. Местные тотчас отпрянули к своим домам, опасливо на нас посматривая. И только дородная, крикливая особа лет сорока на вид, вытолкнувшая девушку за ворота, продолжала верещать.
– Не пойдёшь за Хрута, значит, живи как знаешь! Задарма жрать не дам!
– Что здесь происходит?! – потребовала, остановившись напротив горластой, которая только после моих слов, наконец, обратила на нас внимание.
– Эээ… простите госпожа, эта дочь сестры моей покойной, – промямлила женщина, со жгучей ненавистью взглянув на виновницу своих бед, – я её кормила, одевала, а эта всех женихов отвергла, теперь уж и не сватается никто. Хрут вон согласился, так она бедовая нос воротит.
Снова завелась тётка, зло потрясая кулаком в сторону девушки, которая, вздёрнув подбородок повыше, кажется, была настроена решительно и не собиралась уступать.
– Вот теперь пусть живёт как хочет! Через день прибежит…
– Не дождёшься! – с горькой усмешкой выпалила девушка, поднимая с земли разбросанные тряпки.
– Как тебя звать? – спросила, суровым взглядом остановив начавшийся было визг крикливой тётки.
– Марен, госпожа.
– Идём со мной Марен, – приказала и, не обращая внимания на очумелый вид женщины и перепуганный девушки, продолжила свой путь.
Не менее удивлённый Ньял, в два шага догнал меня и, косо поглядывая в мою сторону, повёл нашу процессию к главе общины.
