В комнате царил атмосфера сомнений и напряжения: мужчина держался вежливо, но взгляд его говорил о безграничной власти. Я отвернулась от него, сердито проговорив, что не хочу здесь ночевать — и покинула помещение перед тем как усмехнулся над моей реакцией.
Те заулыбались моим словам.
— А зря, — сказала одна, подмигнув, — тебе бы понравилось.
Я лишь фыркнула на ее фразу, а на лице Морта появилась самодовольная улыбка. Тут в разговор влез Мася.
— Так, хватит! Это моя баба, я ее привел, я и имею, — сделал он заявление.
Морт глянул на него ехидно, а я опять впала в ступор. Что он несет? Я — его баба? Только хотела возмутиться, но меня перебил главарь.
— Ладно, Мася, не злись. Не претендую я на нее, если, конечно, сама не прибежит. Твой трофей, тебе и решать.
"Опять трофей! Что ж такое, я как переходящее знамя какое-то!
— Ну, знаете, — прошипела я, отодвигая от себя миску, — я вам не трофей и не баба! Спасибо, что помогли, но дальше я сама разберусь, как быть, — гордо встала из-за стола и направилась на выход.
— Бриз, постой! — крикнул мне Мася, вскакивая вслед за мной.
Но я и не подумала ждать его, решительно двигаясь к главным дверям. Литум догнал меня уже во дворе, схватил меня за руку, останавливая.
— Да постой же, несносная девчонка, — проворчал он, — я все объясню.
Я вырвала руку и зло прошипела:
— Мне не нужны твои объяснения, ты уже сказал все, что надо!
— Да нет же, — возмутился он, — я лишь защитил тебя от домогательств других.
Я остановилась и обернулась к нему, вопросительно вскинув бровь.
— Это как же? Заявив, что я твоя баба?
— Именно! — подтвердил он. — Ты же не знаешь наших законов!
Я перевела дух, стараясь унять раздражение. Возможно, тут есть зерно правды.
— Говори, — сказала Масе, серьезно глядя на него.
8 глава Похищение
— Тут, как и везде, женщина принадлежит мужчине и если ты свободна, то на тебя будут заявлять права. Любой, кто пожелает. А так все будут знать, что ты моя — и это оградит тебя от лишних намеков. Понимаешь? Я вовсе не собираюсь пользоваться тобой, просто защитил, — закончил он объяснения, разводя руками.
Я внимательно оглядела его, обдумывая сказанное. Возможно, он был прав, мир не изменился, и женщина тут — разменная монета.
— Хорошо, — наконец, выдавила я из себя, — но учти, если будешь подкатывать…
— Не буду, — буркнул ехидно, — ты не в моем вкусе.
Я аж поперхнулась. У этого недоразумения есть вкус?! Вслух, конечно, не озвучила, лишь отвернулась, скрывая усмешку.
— Вот и славно, — проговорила через некоторое время, — пойдем доедать.
Мы вернулись обратно в кухню. Морта уже не было, и мы спокойно закончили обед, запив элем, как оказалось. Я даже захмелела немного с непривычки.
