В комнате царил атмосфера сомнений и напряжения: мужчина держался вежливо, но взгляд его говорил о безграничной власти. Я отвернулась от него, сердито проговорив, что не хочу здесь ночевать — и покинула помещение перед тем как усмехнулся над моей реакцией.
— Думал, можешь безнаказанно украсть мою жену, издеваться над ней — и тебе сойдет это с рук? Я могу убить тебя прямо сейчас и тем самым отомщу за оскорбление, нанесенное тобой.
Султан попытался что-то сказать, но я сжал его горло еще сильнее, перекрывая дыхание.
— Молчи и слушай! — приказал я, с ненавистью глядя в глаза мужчины. — Твой сын у меня и, если ты немедленно не вернешь мне Элини, я убью его, не раздумывая.
Эта угроза вызвала на лице султана панику, он закивал, давая понять, что согласен на обмен. Я заставил себя разжать горло ненавистного ублюдка.
Вздернул его вверх, ставя на ноги и развернув к себе спиной, приставил кинжал к ребру.
— Зови своего слугу, — приказал ему. Мася уже открыл дверь и теперь стоял возле нее, готовый вновь закрыть при случае. Султан прочистил горло и позвал.
— Самих, Самих!
В дверь тут же вошел мужчина, который и провожал нас сюда. Увидев своего господина с подбитым глазом, он оторопел. Да, нечасто увидишь подобное. Султан поморщился от такого внимания, но у него не было другого выхода.
"— Приведи сюда новую девушку, — просипел Махад, видимо, горло я ему передавил хорошо.
— Да, господин, — ответил мужчина и, поклонившись, собрался выйти.
— И Лилу пусть прихватит, — вдруг подал голос Мася.
Султан бросил на него уничтожающий взгляд, но спорить не стал.
— Приведи обеих, — уточнил приказ.
Слуга вышел, а мы остались ждать девушек. Я нервничал, не зная, как будет реагировать на меня Элини. Обрадуется или вновь захочет отстраниться от меня.
— Как произойдет обмен? — подал голос султан. — Когда ты вернешь сына?
— Как только я взойду на борт корабля и отчалю от пристани, тебе вернут сына.
Султан покосился в мою сторону.
— А почему я должен тебе верить? — настороженно спросил он.
Я ехидно хмыкнул, кривя губы в улыбке.
— У тебя нет выбора, Махад, — прошипел ему в ухо.
Наконец, дверь открылась и в зал вошла охрана, ведя Лилу и мою кошечку. Я замер, разглядывая любимую. Она похудела, осунулась, но по-прежнему шла гордо, высоко подняв голову. Не сломленная, не испуганная, а еще более решительная.
На мгновение наши взгляды встретились, и я увидел мелькнувшую радость в ее глазах.
