В комнате царил атмосфера сомнений и напряжения: мужчина держался вежливо, но взгляд его говорил о безграничной власти. Я отвернулась от него, сердито проговорив, что не хочу здесь ночевать — и покинула помещение перед тем как усмехнулся над моей реакцией.
Мася округлил и без того большие глаза.
— Что за жестокие законы, — пробормотал он, пряча руки в карманы, — по-моему, я зря приплыл сюда.
— Перестань, Мася, — улыбаясь, проговорила я, — тебе не надо воровать больше. Ты будешь жить во дворце — и у тебя всего будет в достатке.
Мася недовольно насупился и вновь уставился в окно кэба.
— Литумы по своей сути — воришки, — хихикая, объяснила Лилу, — и Мася боится, что поддастся искушению, вот и интересуется.
Мы удивленно переглянулись с Семом. Я бы даже и не подумала, что это патологическая страсть.
— Мася, не переживай, — успокоил его Семрос, — если что украдешь, принеси потом мне, а я разберусь.
Мася фыркнул, делая обиженное выражение лица
— И вовсе не собираюсь красть, если только для развлечения, — пробубнил он, сложив руки на груди.
Возле дворца нас встречал Селиф. Когда мы вышли из кэба, он рухнул на колени и припал лбом к земле.
— Повелитель, — произнес торжественно, — я рад видеть вас и вашу жену дома.
— Встань, Селиф, — приказал Сем. — Как тут дела? Все в порядке?
Паша кряхтя поднялся с колен.
— Все спокойно, повелитель. Мы все ждали вашего возвращения.
— Вот и славно, — заявил мой муж, беря меня за руку и направляясь во дворец. — Собери совет пашей, мне есть, что сказать, — бросил он через плечо Селифу, — и устрой наших гостей со всеми удобствами.
— Эй, а когда тут кормят? — вдруг подал голос Мася, обращаясь к нам.
Селиф и так был обескуражен видом литумов, а после такого вопроса и вовсе потерял дар речи, открыв рот в изумлении.
Мася, видя, в какой ступор погрузился слуга, невинно пожал плечами, разводя руки.
— Ну а что? Жрать-то хочется всегда, а я с утра, кроме трех булок, и не ел ничего.
Мы все громко рассмеялись, кроме Селифа, который побледнел и, кажется, готов был упасть в обморок от таких заявлений.
— Накорми их, — бросил весело Сем паше.
Тот нашел в себе силы лишь кивнуть в ответ.
Войдя в знакомые покои и увидев кресло, на котором застала повелителя с Ирис, я поморщилась от кольнувшей сердце ревности. Это не укрылось от моего мужа. Подойдя ко мне, нежно обнял.
— Завтра ты поменяешь тут все, что захочешь, — пообещал он, целуя меня в висок.
Я сразу расслабилась в его объятиях и выдохнула.
— Хорошо, — согласилась с ним, понимая, что это правильное решение.
