В комнате царил атмосфера сомнений и напряжения: мужчина держался вежливо, но взгляд его говорил о безграничной власти. Я отвернулась от него, сердито проговорив, что не хочу здесь ночевать — и покинула помещение перед тем как усмехнулся над моей реакцией.
Я даже с кровати сама встать не могла.
Я часто вспоминала маму и ее роды, эти ужасные мучения сутки напролет, эти нечеловеческие крики. Как лекарь пытался ей помочь и не мог, потому что ребенок лежал неправильно. Как пришлось резать и доставать плод. Как мама долго приходила в себя и восстанавливалась. Я очень боялась, что со мной будет так же или я и вовсе не переживу роды.
— Помоги мне встать, — попросила мужа, понимая, что заснуть уже не получится.
— Куда ты собралась? Давай я пойду с тобой.
Он помог мне подняться и надеть халат, при этом нежно целуя в макушку.
— Я схожу на кухню, кушать хочется, а ты поспи, у тебя завтра много дел, — сказала я, гладя его ладонью по руке. — Не переживай, сейчас поем и успокоюсь.
Чмокнув его в щеку, вышла из покоев. Все давно спали, кругом тишина и покой. Я направилась к кухне, желая выпить молока с чем-нибудь сладеньким. Обычно это успокаивало меня и поднимало настроение.
Вообще я была счастлива, что жду ребенка от любимого мужчины, и очень хотела поскорее взять малыша на руки, обнять, поцеловать, посмотреть на него. Я давно уже подготовила все необходимое, а Лилу сшила кучу детских вещичек и навязала всяких красивых кофточек и чепчиков. Она оказалась искусной рукодельницей, и мы даже открыли небольшой магазинчик, где продавали её творения.
Зайдя на кухню, я достала молока и налила себе в кружку, потом положила пару булочек на тарелку. Сев за стол, принялась жевать, раздумывая, как быть дальше.
Получив очередной пинок, машинально начала поглаживать живот, успокаивая своего малыша.
