Женщина решительно отказывается от предложенной ей сделки - денег за секс с дочерью судьи. Ее отчаянное упорство нарушает линию, привычную для такого судебного процесса, и создает неоднозначную атмосферу растущего недовольства.
Самого потряхивало от адреналина. Внутри жгло, давило. И одновременно рвалось к ней.
Пусть потом она его пошлет куда подальше. Он придет к ней. И будет приходить до тех пор, пока она его не примет. Не посмотрит, как раньше. С робкой теплотой и надеждой.
Она как-то протяжно всхлипнула и ткнулась губами ему навстречу.
– Теперь отталкивать не будешь? – прошептала она, больно кусая его мочку уха. Этакая маленькая женская месть.
– Ты прикалываешься, да? – Он вскинул голову, чтобы найти ее глаза.
Тщетно.
Она спрятала их, отвела.
Раздевались они спешно. Пару секунд смотрели друг на друга, а потом, не говоря ни слова, начали избавляться от одежды. Евгений предпочел бы раздеть Тому сам, но она перехватила инициативу, сдергивая с себя футболку.
Под той – нежное розовое кружево.
И соски. Маленькие напрягшиеся камушки, которые Евгений тотчас обхватил губами.
Тома оттолкнула его. Уперлась в плечи, чтобы продолжить обнажаться. Он не мог не уступить.
Все для нее… И, как хочет, будет.
Он жадно смотрел на обнажающуюся плоть. На подрагивающий животик. Бронзовый, почти плоский, с красивыми поперечными мышцами. Идеальный… А дальше – еще безупречнее.
Тонкая полоска волосков… и аккуратные губки…
Избавившись от боксеров, Евгений снова навалился на Тому. Та послушно приняла его. Обвила ногами.
– Скажи… – зашептала она торопливо. – Теперь все иначе будет?
Спрашивала она не о сексе.
– Даже не сомневайся.
Он целовал ее всю. Везде. Ее кожа пахла солнцем, теплом.
– Жень…
Тома в какой-то момент перехватила инициативу и оказалась сверху. Небольшим усилием завела сначала одну руку Евгения над его головой, потом вторую. Нависла сверху, удерживая кисти. Хищно улыбнувшись, Женя поймал губами розовый сосок и не спешил отпускать. Тома захныкала, застонала.
А потом перешла к нему. Тоже целовала… Везде.
Непонятно, кто не выдержал первым. Их тела сомкнулись, ноги переплелись. Женя интуитивно толкнулся членом вперед и вошел.
– Больно, Том? – выдохнул он в миллиметре от ее губ, готовый в любой момент отодвинуться, выйти.
– Ты меня каждый раз спрашивать об этом будешь? – засмеялась девушка, обвивая его шею тонкими руками и прижимаясь плотнее. Впуская окончательно.
Она была влажной.
