Автор
В Личном деле женщины-кошки мир прячется в тонких подробностях и юмористическом дыхании. Подруга Вера Рыбалко изображает собой идеального любителя трепанья, но именно это делает ее уникальной - она не просто болтунья, а живое шоу.
Похоже, «Личное дело женщины-кошки» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Такой милый, – свистящим шепотом сказала Марина, – я дико собак люблю!
Послышался звук поцелуя, я приоткрыла один глаз, но ничего не увидела, в комнате царила полная темнота. Кровать вздрогнула, на меня навалилась тушка Хуча, мопс обожает кемарить, взгромоздившись мне на спину. Я попыталась спихнуть Хучика, потерпела неудачу и неожиданно заснула по-настоящему. Последней мыслью, промелькнувшей в голове, было недоумение: зачем Марина и Маша явились ко мне в спальню посреди ночи и почему они вели себя как две подруги?
Не зря русский народ придумал поговорку про мудрое утро.
Я проснулась в девять, умылась и сразу поняла, как нужно действовать.
В столовой никого не оказалось, впрочем, отсутствие домашних не удивляло, сегодня будний день, все разъехались на работу, а Ирка порулила на рынок.
Я налила в чашку кофе и схватилась за трубку.
– Алло! – нервно воскликнул Миша Медведев.
– Как у вас дела? – быстро спросила я.
– По-прежнему, – мрачно ответил Михаил, – это кто?
– Не узнал? Даша Васильева. Скажи, Таня…
– Жива, – перебил меня Медведев, – в сознание пока не приходит.
– А что врачи говорят?
– Ничего конкретного, – вздохнул он, – состояние стабильно тяжелое, мол, скажите спасибо, что нет отрицательной динамики, надо ждать, мы делаем все необходимое, ну и так далее.
– Сообщи мне, когда Таня очнется!
– Непременно, – ответил Михаил и, забыв попрощаться, отсоединился.
Я покачала головой и набрала тот же номер. Встречаются люди, которые не думают о собеседнике, ты еще не успел задать все вопросы, а твой звонок уже «сбросили».
На этот раз Миша не спешил к телефону, я, терпеливо слушая гудки, взяла из вазочки овсяное печенье, засунула в рот, и тут Медведев заорал:
– Говорите!
Я попыталась проглотить печенье, но ничего, кроме «кха, кха, кха», произнести не сумела.
– Отстань! – завопил Миша.
– Миша, извини, – я наконец проглотила комок, – я хотела спросить…
– Ты кто? – по-прежнему зло гаркнул Медведев.
– Даша Васильева.
– Что у тебя с голосом?
– Прости, я печеньем подавилась! Как Настя? Освоилась дома?
В трубке повисло молчание, потом Михаил ледяным тоном ответил:
– Сказал же, нормально все у нас!
– А кто тебя шантажирует? – выпалила я.
