В старом доме, заполненном тайными шкатулками и загадочными свитками, молодой историк искал древний друидический манускрипт. Нагибаясь над полами, он перебирал сундуки в поисках редкого текста, но вдруг задумчиво огляделся — уже безнадежная борьба за его находку.
Похоже, «Личный аптекарь императора» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Не узнаешь, пока не спросишь.
— Ты прав, — кивнул он и решительно нажал на чёрную кнопку.
Из дома донеслись звуки дверного звонка. Дед припал ухом к двери, прислушиваясь.
— Спит, наверное. Зря мы пришли. Нехорошо как-то без приглашения, — он развернулся, намереваясь уйти, но тут замок щёлкнул, и дверь открылась.
Я увидел молодую женщину в чепце служанки и в белоснежном переднике. Она выжидательно уставилась на нас.
— Евгений Фёдорович дома? — как-то робко спросил дед.
— Дома. Где же ему ещё быть посреди ночи? А кто его спрашивает? — служанка явно быстро оценила наш внешний вид, и поэтому разговаривала нехотя, будто лень рот открыть ради нас.
— Скажите, что Филатов Григорий Афанасьевич с внуком приехал. Но если он спит, то…
Тут издали послышался бас.
— Зинка, кто там⁈
— Какой-то Филатов с внуком! — прокричала она в ответ. — Прогнать?
— Я-те прогоню, дура! Проводи ко мне гостей!
Служанка недовольно поморщилась, распахнула дверь и пошла вглубь дома. Мы с дедом переглянулись и двинулись следом.
По обстановке стало понятно, что Ермолин когда-то был при деньгах: дорогая аппаратура соседствовала с добротной старинной мебелью и различным антиквариатом, но светлые прямоугольники от картин на стене и опустевшие полки для статуэток говорили, что сейчас дела у него идут не очень.
Служанка привела нас в кабинет и, доложив о нашем приходе хозяину, быстро ушла. Евгений Ермолин сидел за столом из красного дерева и вертел в руках трубку. Это был крупный широкоплечий мужчина с короткострижеными волосами и с массивным волевым подбородком.
— Гриша, это, действительно, ты? — спросил он, даже не сменив позы.
— Я, Женя, — ответил Филатов.
Мужчина на мгновение задумался, закусив нижнюю губу, но затем кивнул и указал на кресла перед собой.
— Проходи, садись, раз пришёл. Не ждал тебя.
Когда мы опустились в кресла, стало понятно, что хозяин дома слепой. Он протянул руку для рукопожатия, но не к нам, а куда-то вбок.
Дед двумя руками пожал его ладонь, с сочувствием вглядываясь в знакомые черты лица. Я видел, что ещё чуть-чуть и он расплачется, поэтому решил вмешаться.
— Приветствую вас, Евгений Фёдорович. Меня зовут Александр Филатов, я внук Григорий Афанасьевича.
— Да-да, Зинка же сказала, что с внуком. Я уж и забыл. Совсем памяти нет. Здравствуй, Сашка. Видел тебя ещё совсем маленьким, — он протянул руку на звук моего голоса.
