— Иначе можешь на меня не надеяться. Я палец о палец не ударю ради аптек.
— ЧТО⁈ Ты как разговариваешь со мной, балбес⁈ — взъерепенился дед.
За последнее время снова почувствовал себя главным и похоже стал по другому относится к своим обязанностям.
— Свои рецепты я не доверю никому, кроме отца. Даже тебе, — я подался вперёд и уперся в него бесстрашным взглядом.
Дед был так возмущен моими словами, что не сразу нашёлся, что ответить.
— Тоже мне пуп земли! — он скривил губы, уничижительно глядя на меня.
— Обойдёмся без тебя! Наших рецептов на века хватит.
— Хорошо, но тогда свои рецепты я продам кому-нибудь другому, — равнодушно ответил я, пожал плечам и откинулся на спинку кресла.
— Кому это?
— Да мало ли аптек? Любому роду, кто больше заплатит.
— Ах ты… изменщик! Предатель! Только попробуй, я тебя… — он сжал кулак и потряс им.
Я спокойно сидел и смотрел на него. Дима не вмешивался, а вот Лида испуганно воззрилась на меня и делала какие-то знаки. Явно не хочет, чтобы я спорил с патриархом.
Так и не подобрав подходящего слова, дед поднялся на ноги и принялся мерять кабинет шагами, бурча под нос.
— Ладно! — наконец выкрикнул он. — Если Дима сам согласен, то пусть заведует.
Мы все посмотрели на мужчину, который явно не ожила такого поворота.
— Вообще-то я не против помогать в лаборатории. Если ты доверишь мне это дело, я выложусь по полной, — сказал он отцу.
Особой радости в его голосе не слышалось, но я заметил, как заблестели его глаза.
— Главное чтобы ты себе не навредил.
— У нас в семье растёт такой искусный аптекарь, что мне ничего не страшно, — он с благодарностью посмотрел на меня.
Дед махнул рукой, снова что-то буркнул и вышел из кабинета.
Едва дверь закрылась, Лида тут же напустилась на меня.
— Саша, ты как с дедом разговаривал? Ты понимаешь, что он не просто дед, но и глава рода? Больше никогда не смей…
— Оставь его, — прервал её Дима и улыбнулся мне. — Спасибо, сын.
Я кивнул, прихватил блокнот с ручкой со стола и направился в свою комнату, чтобы заняться разработкой новых рецептов и переработать старые с учетом моих знаний и новых открытий.
* * *"
"Артефактор Платон Грачёв думал о младшем Филатове с тех самых пор, как тот помешал ему расправиться с Распутиным. А ведь какой проработанный был план, и всё рухнуло из-за паренька.
Однако Платон не был зол, а скорее заинтересован. То, что проделал Филатов, не укладывалось в его голове.
