На первом листе изображен густой дремучий лес, из которого виднеются блестящие глаза ночных зверей.
На следующей странице подробно написано, как проходит охота, и какого маназверя можно заказать.
— Это специально огороженная территория, в которую выпускают небольшого хищника, и две команды на него охотятся.
— Сомневаюсь, что это можно назвать охотой. Скорее бойня.
— Почему это? — возмутился он.
— Сам посуди: зверя запускают в совершенно незнакомую ему огороженную местность. Сбежать он не сможет, а выступить против двух команд охотников то же самое что совершить самоубийство.
Он обречён. Его в любом случае ждёт печальный конец, — я вернул Ване буклет. — Но я ни в коем случае не осуждаю тех, кто ходит на такую охоту. Просто они понятия не имеют, что значит настоящая охота, и довольствуются жалким подобием.
Ваня недовольно скривил губы и плюхнулся в кресло.
— Чем же мы тогда займёмся?
— Погуляем. Здесь полно парков, — пожал я плечами.
Если честно, я до сих пор не знал, как развлекается местная молодежь.
В моем прошлом мире я бы прокатил Ваню на грифоне, заказал ему чарку мутящей разум «Зеленой леди» в трактире Урюка, сводил подраться с гномами, подразнил сирен и ещё много чего интересного. Здесь же, кроме баров, скучных званых обедов и ужинов в ресторане больше ничего не было, или я просто об этом не знаю.
— А пошли на Оракульские игры! — он так подпрыгнул, будто это какая-то потрясающая идея.
— Что ещё за игры?
— Их проводят в закрытых клубах, но для меня все двери открыты, — на мой вопросительный взгляд он ответил.
— Княжеский титул.
— Можно поподробнее?
— Тебе лучше самому посмотреть. Поехали, — он поднялся с кресла и двинулся к выходу.
Когда он резко распахнул дверь, мы увидели на пороге Настю. Она подняла кулачок, чтобы постучать. Не похоже на неё. Обычно она даже Лены не стеснялась и влетала в мою комнату как в свою.
— Настя? — выдохнул Ваня и покраснел.
Между ними явно что-то произошло.
— Я просто хотела спросить, что вы будете сегодня делать? Может, я пойду с вами? — несмело спросила она.
Ваня повернулся и вопросительно посмотрел на меня.
— Туда, куда мы идём, детей впускают? — уточнил я.
— Вообще-то… — начал было Ваня, но замолчал, увидев возмущенное лицо Насти."
"— Я не ребёнок! — взвилась она, но поняв, что не следует при Ване показывать свой нрав, уже более спокойно добавила. — Мне семнадцать. Это почти совершеннолетие.
— Согласен, — тут же поддержал её Ваня.
— Ну ладно. Тогда я Лену с собой возьму и Сеню с Аурикой.
