Автор
В Личном интересе читатель погружается в мир смеха и эмоций: от сюрпризов до неожиданных осечек. Словно в шутку, Матвей выдает забавный ляп, заставив вздрючиться маму и бросить вызов своему племяннику. В мире этой книги смех и неожиданности неразделимы — будто дыхание ветра на море....
Поднимает глаза. Я вдруг четко понимаю, что прямо сейчас она очень несчастна. И решаю этим воспользоваться.
Глава 11
Александра
Минут десять мы с Савелием смотрим на то, как Матвей и его друзья под контролем тренера прыгают на батутах.
Я теряюсь в догадках, почему Исхаков не уходит.
Я так рада, что он не уходит!
Детские крики громкие. Мне кажется, их издают специальные колонки. Пахнет жареным сыром и пиццей.
Савелий хмурится, и я почти касаюсь его рукой. Да, мое поведение деструктивно и впервые в жизни я позволяю себе банальную глупость.
— У Матвея нет аллергии на какие-нибудь продукты? — спрашивает мама именинника.
По возрасту мы с Савелием вполне могли бы сойти за родителей шестилетнего ребенка, возможно, некоторые так и думают. Но у меня нет детей. Только работа.
Я отвечаю, что аллергии нет, молодой человек всеяден.
— Какой удобный мальчик, — хвалит Исхаков.
— Да, я его обожаю. Он такое чудо! Он же не сломает себе ничего? Что ж они так скачут-то?
— Это сын вашего брата, верно?
— Его родители в романтической поездке.
— У меня есть сестра и мать, они живут на юге. У них все хорошо.
Савелий выделяется среди окружающих слишком формальным стилем одежды и высоким ростом, и мне это нравится. Но больше всего мне нравится, что он от меня не отходит. Уж не знаю, какова причина этого. Пусть даже он снова попытается всучить мне взятку. Сейчас мне весело! А может, я её и возьму?
Да уж. Вот так и слетают с катушек отличницы.
В груди немного шумит, и это мне нравится тоже.
По мне будто каток проехал, впервые за эту неделю что-то чувствую.
Савелий смотрит на часы и произносит со вздохом:
— Что ж. Я не могу найти причины побыть здесь с вами еще немного. Вы, Александра Дмитриевна, затащили тридцатитрехлетнего бездетного мужика смотреть, как детишки скачут на батутах и горках. Что обо мне подумают?
Волнение охватывает каждый сантиметр моего тела. Чтобы его скрыть, я усмехаюсь:
— Если я сейчас начну кричать «Караул, извращенец!», у вас будут большие проблемы.
— О, «ГрандРазвитие» будет в восторге, — кивает Савелий.
Я хихикаю.
— Начинаю кричать?
— Начинайте."
"Он поворачивается ко мне, и мы как обычно смотрим друг на друга в упор. Я совершенно не понимаю, что между нами происходит, почему моя кожа под взглядом Савелия будто искрится. Мы делаем то, что делаем.
