В Лихие. Атмосфере и по законам автора Дмитрия Чайки, главной тюрьмой России становится необычайно жестокий учреждение под названием "Лихие". Здесь играют жестокие игры с жизнью и страданиями, а любое малейшее недовольство или попытка сбежать может привести к тяжким последствиям. Попадая внутрь этих стен, вы окажетесь в мире, где каждый день может стать последним......
Я распахнул полог чума, ткнул пальцем в стадо, что паслось рядом. Будущий губер побледнел, достал такое же полотенце, как у меня, и вытер им пот с лица.
— Так что давай, Иван Федорович, перестань выебываться и говори прямо, чего хотел. Уверен, мы договоримся. Мы же люди разумные. Но если еще раз попытаешься меня через колено согнуть, я так отвечу, что тебе мало не покажется, отвечаю.
— Значит, не врут про тебя люди, — усмехнулся он вдруг, успокоившись совершенно. — Говорят, из тебя можно гвозди делать, как у Маяковского.
— Иногда даже для гроба гвозди, — прозрачно намекнул я. — А так да, тебя верно курсанули. Чалился я два раза. И оба раза по серьезной статье. Так что не будем ходить вокруг да около…
— Ты компанию забрал! — глава, наконец, принял правила игры. — Где мой интерес?
— А ты что сделал, чтобы я ее забрал? Или ты к этому отношение какое имел? Там посерьезней тебя люди получают, сам понимать должен, — лениво спросил я, жадно вгрызаясь в сочный, брызжущий соком шашлык. Интересно, что за мясо? Ведь явно не рыба.
— Я здесь власть! — Иван Федорович с трудом сохранял самообладание. — Мне тут все подчиняются!
— Мусора и прокуратура сургутская тоже? — спросил я. — Хочешь, я на спор их еще раз выгоню. Могу даже местами поменять, чисто для смеха. Десятка им цена в Москве. Ну, может, прокурор подороже станет.
— Да я…! — у главы не было больше слов. Он опять покраснел, как вареный рак."
"В его мире такого быть не могло, потому что не могло быть никогда. Просто потому, что гладиолус.
— Ладно, — милостиво махнул я рукой, наплевав на священные традиции чиновничества. — Мы уже выяснили, что ты мне не нужен, и ни хуя мне сделать не сможешь. А грозить потным кулачком глупо, потому что знаешь, где он потом окажется.
— Стройка и благоустройство, говоришь, — протянул будущий губернатор.
