Внутри книжного шкафа скрываются черты отчаяния и безысходности, где главный герой – человек беспринципный и жестокий, готовый на все ради личной выгоды. "Лихие" — это история о жестоках Бригадир, в которой каждое слово наполнено кровью и ненавистью.
— Это что, все? — удивился я, с любопытством разглядывая красноносого мужичка в телогрейке, который был тут и приемщиком, и и кладовщиком, и даже с краном управлялся.
— А что тебе еще надо? — неприятно удивился Санек, который, видимо, ожидал бурного восторга с моей стороны. — Это же не лом. Цветной металл — он емкий и дорогой. Места много не просит. Сиди, сортируй и жди, когда на фуру наберется. Потом грузишь и вывозишь в благословенный Шпротланд. Хоть в Таллинн, хоть в Вентспилс, хоть в Ригу. Хотя… в Таллинн немного ближе.
— Да мне по фиг, — махнул я рукой.- Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы в твердой валюте платило. Когда вторую точку откроешь?
— И вторую, и третью, и четвертую, и пятую, — кивнул Санек. — Нам по транспорту выгодно отработать сначала Химки, Долгопрудный и Зеленоград. Потом Мытищи, Красногорск и Пушкино. Сделаю здесь центральный склад.
— Воруют? — поинтересовался я, кивая на приемщика, клевавшего сизым носом в своей каптерке. — Или еще не успели научиться?
— Еще как успели, — обреченно вздохнул Санек. — Мне кажется, наш народ кто-то по невидимому радио воровать учит. Вот приходит к тебе человек на работу проситься. Зарплату не платят, дети голодные. Смотрит жалобно, как дворняга на морозе. Три смены отработает, даже первую зарплату получить не успевает, сука, а я его уже в стекляшке вижу.
— Большая разница? — поинтересовался я.
— В десять раз. И пока ничего с этим сделать нельзя. Камеры ведь, как в амерском кино не поставишь.
— Действительно, — хмыкнул я. — Камеры на улице? Фантастика какая-то! Сразу своруют.
— А когда лом брать начнем, там совсем труба, — еще горше вздохнул Санек.
— На хрена нам сейчас лом? — поморщился я. — Возни с ним! Цветмета пока много. Грузи в Прибалтику, и в ус не дуй.
— Нет! — удивил меня Троллейбус. — Лом — тема! Там, оказывается, на сортировке серьезные бабки зарабатываются. Привозят тебе, положим, железо из котельной старой, а там меди вагон. А принимают по цене лома.
