Внутри книжного шкафа скрываются черты отчаяния и безысходности, где главный герой – человек беспринципный и жестокий, готовый на все ради личной выгоды. "Лихие" — это история о жестоках Бригадир, в которой каждое слово наполнено кровью и ненавистью.
А еще я должен ненадолго оставить тебя одну. Думаю, за время моего отсутствия горный орел не унесет тебя в свое гнездо."
"Я встал и пошел в сторону туалета, а чернявый парень махнул мне приглашающе и повел по коридору в какой-то номер. Как рассказывал смотрящей по моей зоне, гостиница Советская была под абхазскими ворами, работавшими на Московском ипподроме. И Лакоба был главным из них. Они принимали ставки на бега, и они же порой устраивали результаты забегов, срывая банк. Неприметная дверь в конце коридора скрипнула и впустила меня в полутьму номера.
— Лакоба? — поинтересовался я, и тот кивнул. — Тебе просили передать.
Я протянул записку, и тот развернул маленькую бумажку, мазнув по ней коротким взглядом.
— Читал? — спросил он.
— Нет, — коротко ответил я. — Она не для меня.
— Сам кто? — проскрипел вор — Абзавись.
— Я Хлыст. Был смотрящим по карантину на зоне Профессора. Недавно вышел.
— По какой чалился?
— По 146-ой
— А… разбойник.
Я почувствовал себя будто на собеседовании.
— Вторая. Первая по мокрому делу, — предвосхитил я новый вопрос.
— Хорошо, — кивнул Лакоба. — Ты правильный человек. Сюда можешь в любое время приходить. Проблем нэ будет. Появятся дела интересные, тоже приходи.
— Дел-то полно, кое-чего не хватает — вздохнул я. Потом все-таки решился — Сведи с Северянином!
— Зачэм⁇
Лакоба явно напрягся. Резко потушил сигарету, налил себе Боржоми в стакан.
— Хочу стать смотрящим по Лобне. Буду засылать на московский общак. Но нужен прогон.
Вор засмеялся, выпил газировку махом. Словно водку.
— А губа не дура! Ты знаешь сколько надо будет отдать авторитетным людям?
— Вот и узнаю.
— Лобня, Лобня… где это хоть?
— Городок по Дмитровке. Подмосковье.
— И что? Там нет своего положенца?
— Есть. Хмурый. Но он не в авторитете. Сам себя назначил.
— Так нельзя! Ладно, запиши телефон связной. После Нового года набери.
Я мысленно охнул. Ну и расценки!
— Ладно, иди, тебя проводят. А пока иди, дэвушка ждет. Нехорошо, когда такая дэвушка одна сидит.
* * *Я вернулся к своему столику, с немалым удивлением увидев там бутылку шампанского, которую не заказывал.
— Официант поставил, — развела руками Лена. — Я и сказать ничего не успела. Ты так долго, Сережа. Я уже и волноваться начала. Давай вернемся к нашему разговору.
