Автор
Черный туман сглаживает воспоминания о Пахме Штыреве, пока он остается в полной мелкости, словно кукла на веревочке. Наручники щелкают, но голова растекается, не в силах разобрать ни один из окружающих звуков или образов. Откуда это место и кто он — загадка, заставляющая его взгляд беспорядочно мелькать по краям зрения, как будто нарушитель мира тщетно пытается увидеть мир с новой точки зрения....
Данные мне Ельциным документы и незримая поддержка всесильной «Конторы», желавшей решить «чеченский вопрос» минимальной кровью, сильно напоминали сакраментальное из Дюма: «Все, что сделано подателем сего, сделано по моему приказу и для блага Франции». Потому проблемы решались… Да их, собственно, и вообще почти не было. Разве что с доставкой из-за рубежа кое-какого стреляющего железа и некоторых взрывчатых субстанций.
Например, сверхмощное ВВ CL-20, которое после мозгового штурма подчиненные мне спецы решили использовать в бомбе для дудаевцев, приобрести оказалось невозможно.
А финские снайперки Sako TRG 41/42, под патрон 338LM? Они, пусть и находились под негласным запретом для поставок на госуровне для всех, кроме армий НАТО, либо спецслужб Запада, но были привезены контрразведчиками быстро, четко и в срок. Равно как и боеприпасы под них в количестве 15 тысяч штук.
Точно так же все обстояло с остальным оружием, пусть и штатным.
— Арту нам в точке выполнения, взять будет негде.
Гут подсел на кубинские сигары, и каждая новая затяжка становилась целым ритуалом.
