Автор
Черный туман сглаживает воспоминания о Пахме Штыреве, пока он остается в полной мелкости, словно кукла на веревочке. Наручники щелкают, но голова растекается, не в силах разобрать ни один из окружающих звуков или образов. Откуда это место и кто он — загадка, заставляющая его взгляд беспорядочно мелькать по краям зрения, как будто нарушитель мира тщетно пытается увидеть мир с новой точки зрения....
Господа акционеры не поймут. А вот начальник СБ выпил и не дрогнул. Ему такое не в новинку. Военный человек — железная печень.
— И чего его в этот блудняк потянуло? — непонимающе сказал Гриша Копченый. — Чуть башку в чужом замесе не сложил.
— Пора бы уже привыкнуть, Григорий Александрович, — Варшавер жадно запихивал в рот нарезки, которые заботливо поставила перед ним Настя. — Сергей Дмитриевич весьма далеко смотрит. Я иногда удивляюсь даже его прозорливости.
— Поддержу Иосифа Борисовича, — сказал особист.
— Кстати, о Березе! — Копченый обвел братву мрачным взглядом. — Раз Серый башкой рисковал, то и бизнес Березовского по праву его. Как военный трофей, епта!
— АвтоВаз нам не отдадут, — ответил после недолгого раздумья Йосик. — Нас за него самих положат. В Тольятти столько своей братвы, и все с завода кормятся… Предлагаю выбирать бутерброд по размеру рта, господа акционеры.
— Дело говоришь, братан, — кивнул Китаец, который машины любил, но не настолько, чтобы расстаться из-за них с жизнью.
— Площадки есть в Москве за его банками, — Копченый, который занимался стройкой, забросил в рот огромную маслину, некультурно выковырнув ее пальцами. — Да и сами банки тоже сгодятся. Забрать можно. Я займусь.
— Да, банки нам нужны, — прикинул Варшавер. — Я обнал из «Единой России» вывел давно. Не хочу приличное финансовое заведение этим дерьмом пачкать.
"— Ну, за Серого! — Копченый открыл еще одну бутылку коньяка со скромными буквами ХО. — Он поправится, а мы ему роскошный подгон сделаем. Иосиф, не халявь! За здоровье до дна пьем! Да дна, скрипач! Я за тобой в оба глаза слежу.
* * *Громыхающая тележка, которую катила перед собой медсестра, выехала в коридор, и мы с Леной остались в палате одни.
