Автор
Черный туман сглаживает воспоминания о Пахме Штыреве, пока он остается в полной мелкости, словно кукла на веревочке. Наручники щелкают, но голова растекается, не в силах разобрать ни один из окружающих звуков или образов. Откуда это место и кто он — загадка, заставляющая его взгляд беспорядочно мелькать по краям зрения, как будто нарушитель мира тщетно пытается увидеть мир с новой точки зрения....
Короче, вот…
В зал вынесли здоровенный золотой пистолет, залитый внутри какой-то прозрачной субстанцией, в которой я с ужасом углядел собственные пальцы. Указательный служил стволом, а большой выполнял роль курка. Внизу подставки шла витиеватая надпись: Рази наповал, братан!
— Да вы, блин, совсем ненормальные? — растерянно спросил я, разглядывая эту безумную поделку.
— Чё не так? Ну круто же! — непонимающе посмотрел на меня пацаны. — Мы их из судебной экспертизы выкупили. Не пропадать же добру. На память тебе, Серый!
— Унесите эту херню отсюда! — меня даже передернуло от нахлынувших напоминаний.
— А давайте танцевать, мальчики! Что вы скучные такие! — заверещала одна из моделей. Ее изможденный диетами организм был убит наглухо соткой вискаря и двумя бокалами шампанского, выпитыми с понижением градуса. В углу заревел музыкальный центр Панасоник.
— Я ждала тебя, так ждала
Ты был мечтою моей хрустальною
Угнала тебя, угнала
Ну и что же тут криминального?
Модель, пытаясь фальшиво подпевать, начала раздеваться и полезла на стол, топча тарелки острыми каблуками туфель-лодочек. Из-под ее ног во все стороны полетели салаты и осколки посуды. Пара девчонок подхватила ее порыв, и они тоже полезли на стол. Одна осталась в поясе и чулках, а вторая — только в бусах и серьгах. А нет! Еще обручальное кольцо на пальце оставила, шалунья.
Острые вспышки просветления настигали, как бросок кобры. У меня перед глазами вспыхивало изображение, которое я рассматривал со стороны, словно кино. Вот голые, пьяные в дрова, телки пляшут на столе, перемешав в кашу остатки шашлыка и салатов… Вот они же бегают по заднему двору, засаженному соснами, и визжат. Почему визжат? О! Да мы же расстреливаем их из пейнтбольных маркеров. Их Димон привез. Он недавно увлекся этой иноземной забавой. Девки, одетые в зайчиков, довольны — им нехило за это заплатили.
— Этих в баню не берем! — во весь голос орет Китаец, у которого закончились шарики. — Пошли, пацаны, там свежие телки ждут…
* * *Баню у Карася было сложно назвать баней.
