Автор
В камере предварительного заключения, где капель из крана стекают по мелким линзам звука, сидит один человек. Он считает каждую каплю время и раздумывает о том, что делать дальше. Этот необычный занятие — отличная загадка для арестанта, но он решил взять другой путь: вгрызаться в стену камеры, нащупать ответы на вопросы жизни и смерти....
Да срать я хотела, что ты там чувствовала! Сдохни, сука! Ненавижу тебя! — и она бросила трубку, глядя на меня с нарастающим ужасом.
А я… А я даже похлопал в ладоши, восхищаясь продемонстрированной экспрессий. Пистолет, правда, мешал… А она посмотрела на меня жалобно и заревела в голос.
— Простите, я не нарочно! Я не хотела с не-е-ей та-а-ак!
— Да нет! — милостиво сказал я, отбивая Ленкин звонок на мобилу. — Все как надо исполнила. Просто артистка больших и малых театров. И фамилия твоя слишком известна…
Она продолжала реветь, сидя на постели, приготовленной для меня.
— Готовность десять минут!
Глава 22
— Он вышел из квартиры! — сказала Юля загробным голосом и положила трубку телефона.
Она так и не оделась, и выглядела до того скверно, что нагота ее вызывала скорее омерзение, чем мужской интерес. Плечи девушки согнулись, а лицо так и осталось в потоках грязи от размазанного макияжа.
— Из дома не выходить, — бросил я ей. — Сиди у телефона. Нужна будешь. Я решу все вопросы, а ты уедешь к родне в свой Зажопинск. Тут тебя просто убьют. Поняла?
— Да, — едва слышно выдохнула она, а я захлопнул за собой дверь ее квартиры. С Богом! Я даже перекрестился, чего сроду не делал.
Я вышел на улицу, вслушиваясь в рев приближающегося автомобиля. Уф-ф! Я дождался, когда меня увидят, и сел в машину. Коляна здесь не было, зато были железные листы, которыми наспех укрепили изнутри мой второй Мерседес, изувечив обшивку в хлам. Плевать на нее сейчас! Заднее сиденье вырвали самым варварским образом, превратив салон сзади в металлическую камеру, сваренную из железа-четверки.
