Автор
В камере предварительного заключения, где капель из крана стекают по мелким линзам звука, сидит один человек. Он считает каждую каплю время и раздумывает о том, что делать дальше. Этот необычный занятие — отличная загадка для арестанта, но он решил взять другой путь: вгрызаться в стену камеры, нащупать ответы на вопросы жизни и смерти....
Не того масштаба он был человек, чтобы впустую колыхать воздух, и не те здесь сидели люди, перед которыми можно это было делать. Уважаемые люди повернули головы и пытались понять: им послышалось, или старый вор готов предъявить держателю общака. Это было… смело. Пожалуй, это самое слабое, что можно было бы сказать об этом выступлении.
— Обоснуй, Профессор, — заявил Лакоба, выпустив кольцо дыма. — Ты сейчас серьезные слова сказал в адрес серьезного человека.
— Человек общак держит, — ответил Профессор, — как в старые времена.
— А надо было как? — удивились воры.
— У вас же банки есть, уважаемые, — укоризненно посмотрел на них Профессор. — Я три дня как откинулся, но вот слово оффшор уже знаю. Так что если общак пропадет, то за это и спросить можно. Не подготовился человек. Не подстраховался.
— Раньше в золоте держали, — покивал Лакоба. — Зарыл Николашек и обыщите весь дом.
Мы с вором переглянулись.
Ай да Профессор! Ай да молодец! Я только что в ладоши не захлопал.
— Вести из ИВС, уважаемые, — поморщившись, сказал тот. — Общак лежит в Истре, в доме Компаса, в подвале. И через час туда приедут мусора с обыском.
Лакоба посмотрел на нас внимательно.
— Улица Советская, дом 7.
— А зачем нам адрес? — удивился я"
"— Про банки кто задвигал? — Лакоба пожал плечами — У тебя в Едре и перекантуем общак.
Все закивали и начали собираться. Вот спасибо, — растерянно подумал я. — Не приведи бог, копейки ломаной не хватит. Крысой ославят.
— Своего человека дашь, — я пристально посмотрел на Лакобу. — У него ключ от комнаты будет. Или пусть ночует там, прямо на бабках.
— Мы тебе верим, Хлыст, — поморщился Лакоба. Слишком нарочито обозначился его интерес. А вот хрен тебе!
— Поехали, — Профессор поднялся. — Время не ждет.
В Истру мчали с мигалками. Колян на скользкой дороге рулил как бог.
