Автор
В камере предварительного заключения, где капель из крана стекают по мелким линзам звука, сидит один человек. Он считает каждую каплю время и раздумывает о том, что делать дальше. Этот необычный занятие — отличная загадка для арестанта, но он решил взять другой путь: вгрызаться в стену камеры, нащупать ответы на вопросы жизни и смерти....
— Гаси его, Бурят! До поноса месим его!"
"— Я буду возражать! — ответил я и сходу вдарил лбом в голову крупного, что совсем сблизился. Раздался хруст носа и приглушенный крик. И тут же прописал ногой в пах мелкого. С правой ударил в голову первого, добить. Попал.
— А-а-а! Блядь!
Оба желающих помять мои многострадальные бока повалились на землю. Первый зажал руками голову, второй пах. Мат шел такой, что даже у меня привычного, уши сворачивались.
Я достал зажигалку и подсветил пейзаж. И тут же заржал. Как не давил в себе смех, а он все равно прорывался наружу.
— Вставайте, алькапоне штопанные, — я пнул ногой крупного. Потом наклонился и обыскал обоих. Ножи и все. Да… помешал подняться пацанам, лишил ствола.
— Как звать-то вас? — спросил я, вытащив пистолет.
Любители легкой наживы встали, покачиваясь, а «бык» высморкался кровью.
— Кстати, я Хлыст. Нынче смотрящий за Лобней. О чем между ворами уже был прогон.
Лица гопстопщиков изменились: там появился страх. Я убрал зажигалку и махнул рукой. Не опасаясь, повернулся спиной и пошел по путям до ближайшего целого фонаря.
— Последний раз спрашиваю: звать вас как, бандиты мамкины?
Меня решили раздеть Бурят и Токарь. Как оказалось, у «быка» нет двух пальцев на левой руке, потому и погоняло такое получил. Узкие глаза мелкого как бы тоже намекали. Рассматривать лобненских было неинтересно, я их еще в электричке хорошо разглядел.
— Хлыст, прости! Попутали! — первым «включился» мелкий. — Мы слышали за тебя, не поднимай волну!
— Сукой буду, — согласился крупный.
— Значицца так, — я замолчал, обдумывая ситуацию и так, и сяк. — Вы, пацаны, с какого района будете?
— Краснополянские, — буркнул мелкий.
— Вам нужны бабки, — резюмировал я, даже не спрашивая. — И они у меня есть. Не с собой. Поработать готовы?
— Кем? — тупо спросил Трехпалый.
— По специальности, — усмехнулся я. — Лобненская братва набирает бригады. Будет трясти коммерсов. Пойдете?
Гопстопщики переглянулись.
— Пойдем.
Опять мелкий сообразил первым. Будет толк.
— Записывайте телефон, — я продиктовал номер Копченого и чуть не заржал. Я кадровик от бога — из носа «быка» до сих пор лилась юшка.
Глава 4
День солидарности всех трудящихся страна отмечала огромным митингом рядом с Кремлем.
