Автор
Весна коснулась ночи, но солнце ещё не взошло. Алексей искал тихую подворотню, где лишь лампы в подъездах гасли последний свет. Был девятый час, и он опаздывал: дневное окно общежития закрывалось в восемь. Алексей шёл по хаотическому лабиринту дворов, где лишь одинокие лучи подсвечивали путь в темноте....
Я кое-как усадил своё неудобное тело на пол и осмотреться вокруг.
Интерьер комнаты, в которой я находился, выглядел весьма старомодно, а мебель казалась антиквариатом века из девятнадцатого — словно в каком-нибудь музее. Нос щекотал запах жжёной древесины.
В комнате имелось окно и две двустворчатые двери, ведущие в разные стороны. Обе были закрыты. Самый дальний от меня угол был скошен и обложен белой керамической плиткой. Стальная заслонка говорила о том, что это сооружение — печь. От неё-то и тянуло дымом.
Возле окна стоял массивный письменный стол с резными ножками, на нём располагались перо на подставке, чернильница, пресс-папье и стопка книг, на краю — светильник с абажуром и стальным резервуаром, напоминающим ёмкость для керосина. На потолке оказалась не одна люстра, а целых три и все они, судя по наличию такого же резервуара, работали то ли на масле, то ли на керосине.
Помимо книжного тут имелся так же платяной шкаф — повыше и с глухими дверцами, обрамлёнными резным узором, и кресло с изогнутыми ножками.
Рядом со мной оказался агрегат, напоминающий инвалидную коляску. Судя по всему, это она и была, вот только выглядела не совсем обычно: за спинкой располагался небольшой резервуар, от него вели трубки к механизму с шатунами на задних колёсах.
Ухватившись за подлокотник кресла-каталки, что опять же получилось не с первого раза, я поднялся. Осмотрев своё тело, пулевых ранений не нашёл, зато обнаружил странный факт: тело изменилось, конечности стали длиннее и тоньше, а кожа — глаже.
При мысли о том, что тело это — не моё, бросило в пот. Что это значит? Жертвой какого чудовищного эксперимента я стал? Мысли метались в голове бешеным галопом. Вспоминались какие-то фильмы, истории из жизни, кем-то когда-то рассказанные, но ничего из этого не могло прояснить сложившуюся ситуацию. Паника на несколько секунд овладела мной, но я постарался взять себя в руки. Главное, жив-здоров, с остальным разберёмся по ходу дела.
