Автор
Весна коснулась ночи, но солнце ещё не взошло. Алексей искал тихую подворотню, где лишь лампы в подъездах гасли последний свет. Был девятый час, и он опаздывал: дневное окно общежития закрывалось в восемь. Алексей шёл по хаотическому лабиринту дворов, где лишь одинокие лучи подсвечивали путь в темноте....
Я проверил внутренний карман, в нём действительно оказалась связка ключей.
— Благодарю за оказанную помощь, — произнёс я.
— Не мучай, студент, убей быстро, — почти шёпотом произнёс обессиленный Оглобля.
Я выполнил просьбу. Выстрел в голову положил конец его мучениям.
Первыми были осмотрены стол и шкафы в кабинете Оглобли. В одном из них на отдельной полке хранились кисеты с порохом, мешочки с пулями, коробка с капсюлями и пулелейка. Всё это я сложил в чёрный кожаный портфель, пылившийся на этом же шкафу, а пистолеты — «перечницу», револьвер и двуствольник — рассовал по карманам шинели.
Теперь настала очередь запертого помещения. Я открыл ключом дверь и вошёл в хранилище. Это оказалась весьма просторная, чистая комната, уставленная по периметру шкафами. Они были заставлены хрустальными и фарфоровыми сервизами, декоративными вазочками и статуэтками, наборами письменных принадлежностей и прочими мелочами, бережно разложенными по полкам, словно в музее.
Среди них был и книжный шкаф — совсем небольшой, почти как в моей комнате в особняке.
Возле книжного шкафа стоял стальной ящик с крутящейся рукояткой. Он-то и был мне нужен. Я принялся подбирать ключ и одновременно крутить ручку, стараясь понять, как работает этот древний механизм, когда в дверь в передней забарабанили.
Следовало действовать быстрее. Наверняка, жильцы слышали стрельбу и уже вызвали полицию. Но без добычи я уходить не собирался.
Мои чары хорошо прожигали разные предметы, и я решил попробовать применить их тут. Снял перчатки, вызвал стихию, прислонил руку к краю двери сейфа. Поверхность стала быстро чернеть, металл разъедало словно кислотой, и вскоре под моей ладонью образовалось углубление, а потом — дыра.
Дверца прогорела насквозь, но так и не открылась.
И вот передо мной открылась святая святых этой квартиры. На средней полке лежали деньги. Много денег… а может, и не очень: несколько пачек ассигнаций, но купюры все мелкого достоинства — одного, трёх и пяти рублей. Тут же — два кошелька, набитых мелочью.
