Автор
Весна коснулась ночи, но солнце ещё не взошло. Алексей искал тихую подворотню, где лишь лампы в подъездах гасли последний свет. Был девятый час, и он опаздывал: дневное окно общежития закрывалось в восемь. Алексей шёл по хаотическому лабиринту дворов, где лишь одинокие лучи подсвечивали путь в темноте....
И им хорошо, и нам, и вам искать не надо.
Что ж, похоже, дворник делал прибыльный бизнес, вытаскивая из квартир старую мебель и продавая её новым жильцам.
Я снова обошёл квартиру. Мне тут нравилось. Может, и дешевле можно было найти, если ещё пару дней полазить по окраинам, но, как говорится, время — деньги.
— Квартиру эту я сниму, — сказал я. — Пока на полгода. А мебель посмотрю. Где она у вас? Ведите.
— Значит, по рукам. Вам на подпись бумагу завтра принесу. Ах да, и пачпорт ваш, будьте добры.
— А нет паспорта, только вот это, — я достал из внутреннего кармана «дворянскую грамоту» и потянул старшему дворник.
Тот развернул, прочитал внимательно, шевеля губами.
— Простите, вашбродь, я-то это думал, вы это, из мещан, а оно вон как. Тогда не нужно пачпорт. Но имя, фамилию я всё равно, позвольте-с, спишу. Я ж ведь обязан доложить, кого заселяю. Не доложу, голову снимут-с.
После того, как он записал мои данные, мы пошли в подвал. Тут действительно хранилось много старой мебели, некоторая имела ещё вполне годный вид.
Одного тут не было — плиты.
Помимо мебели оплатил услуги дворника, который будет таскать дрова на этаж, иначе пришлось бы самому их носить, а так же услуги человека, который стучится в дверь в назначенное время для побудки.
Имелись в доме прачечная и ванная комната. Воспользоваться ими, само собой, тоже стоило денег. Плюс сбор за керосин, который жгли в подъезде, ну и за подъём мебели пришлось заплатить. В общем, сплошное разорение.
До ночи дворники таскали мебель в мою новую квартиру. В общежитие я сегодня возвращаться не собирался.
"И вот наступило утро, которое началось со стука в дверь железным молоточком. Человек-будильник разбудил меня, как я и просил, в семь. В гимназии требовалось быть полдевятого. А вот завтракать оказалось нечем.
