По-домашнему уютный, с мягким голосом, он считался не только заботливым врачом, но и умелым дипломатом – именно ему удалось разрешить недавний трудовой конфликт с медсестрами. Рядом с ним сидел Роджер Хэйс, главный администратор больницы, о котором Клэр почти ничего не знала, кроме того, что он вежлив и улыбчив.
Зато третий человек был ей очень хорошо знаком. Это был Эдам Делрей.
Когда она села по другую сторону длинного стола, коллеги приветствовали ее вежливыми кивками. Нервы у нее были напряжены до предела. На столе перед Сарники лежала копия того же анонимного письма, которое ей переслала Рейчел.
– Вы уже видели это? – осведомился он.
– Одна из пациенток переслала мне копию. Я обзвонила остальных и узнала, что еще шестеро получили то же самое.
– Ко мне это письмо поступило сегодня утром.
– Информация сильно преувеличена, – проговорила Клэр. – Разумеется, я не нападала на пациента. Это письмо преследует одну-единственнуто цель – нанести ущерб моей репутации. – Она в упор посмотрела на Эдама Делрея. Он твердо встретил взгляд, даже не моргнув; в его глазах не промелькнуло и тени вины.
– Что именно произошло третьего ноября? – спросил Хэйс.
Клэр невозмутимо ответила:
– Я взяла пробу крови у Тейлора Дарнелла, чтобы сделать расширенный анализ на наркотики и токсины. Я уже рассказала доктору Сарники, кто еще присутствовал в палате. Кто был свидетелем. Я не нападала на пациента. Это был обычный забор крови.
– Рассказывайте и про все остальное, – вмешался Делрей. – Или вы собираетесь упустить самую важную деталь? А именно то, что вы не имели права брать кровь.
– Так почему вы это сделали? – продолжал расспросы Хэйс.
– У мальчика был наркотический психоз. Я хотела выявить наркотик.
– Никакого наркотика в крови нет, – возразил Делрей.
– Вы не можете этого знать, – парировала она. – Вы не проводили тест.
– Наркотика в крови нет. – Эдам бросил на стол бумажный листок.
Она с волнением уставилась на шапку бланка: «Лаборатории Энсон».
– Вот результаты анализа. Кстати, доктору Эллиот удалось-таки передать в лабораторию пробирку с кровью, не поставив в известность отца мальчика. И не получив от него разрешения. Сегодня утром «Энсон» по факсу передали нам результат. – И добавил с оттенком самодовольства: – Он отрицательный. Никаких наркотиков, никаких токсинов.
Почему лаборатория не выполнила ее инструкции? Почему отчет направили в больницу?
– Но наша лаборатория обнаружила пик на газовом хроматографе, – возразила она. – В крови мальчика что-то было.
