Лили долго молчала, не зная, стоит солгать или нет, но в конце концов не смогла.
– Да, я хочу уехать отсюда.
Его лицо не изменилось.
– Оставьте нас, – приказал он миссис Хау, по-прежнему не сводя глаз с девушки. – Теперь я этим займусь.
– Прекрасно, милорд.
Уголок похожего на мышеловку рта экономки дернулся в довольной полуулыбке. Она раболепно поклонилась и вышла из комнаты. Вскоре оба они услыхали в коридоре ее удаляющиеся шаги.
Дэвон продолжал сидеть молча и совершенно неподвижно. Лили пристально вглядывалась в его холодное, замкнутое лицо, но ничего не могла в нем прочесть. И опять, не выдержав затягивающегося напряженного молчания, она заговорила первая:
– Вы ей верите? Вы думаете, я украла деньги?
– Понятия не имею. Если ты хотела сбежать из Даркстоуна, полагаю, они бы тебе пригодились.
На секунду она закрыла глаза, не понимая, почему ей так хочется плакать.
– Ты же сама сказала, что хочешь уехать, разве не так, Лили? – Он сложил пальцы домиком под подбородком и заговорил с леденящей душу деловитостью:
– Возможно, я смогу тебе помочь.
У Лили пересохло во рту. Какая-то черная пустота у нее внутри уже знала, что он скажет дальше.
– Могу подсказать тебе верный способ заработать кучу денег. Очень быстро. Очень просто.
Опять наступило молчание, но его гнусные слова эхом о давались в ушах у Лили, словно он повторял их снова и снова прямо ей в ухо. Не в силах больше терпеть, она повернулась и бросилась к дверям.
– Стой! – воскликнул он, ударив кулаком по столу.
Лили споткнулась на бегу и замерла, но не обернулась. Дэвон встал из-за стола.
– Закрой дверь, – приказал он уже тише, но с прежней свирепостью в голосе. Лили не шевельнулась.
Увидев, как она цепляется рукой за косяк, словно ища опоры, он неторопливо направился к ней, а когда оказался в пяти шагах, заметил, что плечи у нее трясутся.
Горло свело судорогой. Лили казалось, что она не сможет заговорить. И все же надо было сказать ему.
Бесслезные рыдания разорвали ей грудь, не давая закончить. Ее легкие были словно объяты пламенем, она никак не могла отдышаться. Но вот он положил руки ей на плечи, и тогда пришли слезы.
– … брала… ваших… денег, – договорила Лили сквозь мучительную икоту и закрыла лицо руками.
– Ты не брала, я знаю. Тихо, не плачь. Все в порядке.
Он обнял ее сзади и, прижимаясь грудью к ее спине, старался сдержать колотящую ее дрожь.
– Тише, Лили, все хорошо.
Дэвон попытался заставить ее обернуться, но она воспротивилась, не желая, чтобы он видел ее лицо. Тогда он наклонил голову и прижался щекой к ее щеке.
Она сказала еще что-то полным слез голосом: невозможно было разобрать ни слова. Прижавшись к ее щеке губами, он ощутил вкус ее слез.
– Взгляни на меня, Лили.
Дэвон бережно повернул ее к себе.