Наступила середина осени, и Лилия на ветру выглядела как маленький городок в старом романе. Она была живой шахматной доской с ее улочками, тихими переулочками и заброшенными домиками. Мало кто мог уловить, что под этим мирным видимым покровом скрывается тайное вихревое движение сердец и мыслей....
Сдерживаться становилось все сложнее. Тем более сейчас, когда Лия оседлала его.
И была явно возбужденной, о чем свидетельствовал радостный блеск ее очаровательных глаз. Пока — от вождения. Но адреналин, гуляющий у нее в крови, был ему на руку.
Родион обхватил ладонью ее затылок и потянул на себя. Лия сначала поддалась, потом сильнее уперлась ладонями в грудь. Родион мгновенно тормознул, напрягшись. В груди пылал самый настоящий пожар. Про каменный член, который того и гляди взорвется в штанах, он предпочитал не думать.
Она склонилась вперед. Максимально близко к его лицу.
— Я дурочка, да? — хрипло выдохнула она, немного дезориентируя его вопросом.
— С чего ты взяла?"
"— Ты беспокоился о моей безопасности, я включила обиженку, — начала поспешно объяснять она, при этом снова качнув бедрами.
Родион, натурально оскалившись, быстро перехватил ее, сжав за тонкую талию.
— Стоять. Замри сейчас. Если ты не перестанешь елозить на мне, я кончу в штаны.
Ему доставило удовольствие смотреть, как у жены округляются глаза. Становятся большими-большими. Просто огромными.
— Серьезно? — выдохнула она, переключаясь на другую, куда более важную тему.
— Нет, конечно, — глухо засмеялся Родион и преломляя слабое сопротивление, наконец, притянул Лию к себе и впился в сладкие губы без намека на блеск или помаду. Лишь естественность. Лишь дурманящий вкус.
Он пил ее сладость, не щадя.
— Соскучился по тебе… охренеть как, — выдохнул, сильнее вдавливая ее в себя.
Вот так… Да! Он теребил их, покусывал. Жадно втягивал в себя поочередно каждую, руками ощупывая тело жены, точно стремясь удостовериться, что за эти дни оно не изменилось, что оно по-прежнему идеальное.
Лия глухо застонала, сильнее сграбастав его свитер.
— Я никуда не девалась, — бросила она, целуя его в обросший щетиной подбородок.
— Ага, не девалась. — Он обхватил ее лицо ладонями и решительно произнес: — Я услышал тебя, Лия.
Она замерла. Несколько раз моргнула. А потом залилась румянцем, который он обожал видеть на ее щеках, и снова потянулась к нему.
Они целовались. И снова целовались. Родион ласкал ее, вдавливая пальцы в ее тело.
Когда у обоих сорвало планку — непонятно. Да и какая разница? Главное, они были вместе. Лия легла на него, он проник под подол платья, сжал упругую попку.
