Наступила середина осени, и Лилия на ветру выглядела как маленький городок в старом романе. Она была живой шахматной доской с ее улочками, тихими переулочками и заброшенными домиками. Мало кто мог уловить, что под этим мирным видимым покровом скрывается тайное вихревое движение сердец и мыслей....
Здесь это строго возбранялось, но, в конце-то концов, они живут не в каменном веке!
— Диана Мерганова сегодня устраивает девичник. Пижамную вечеринку. Она скинула мне этот адрес. А чтобы придать пикантности ситуации, мы договорились, что в дом попадем через задний двор и окна.
Всё.
Сказала.
Почему не могла то же самое сделать десятью минутами ранее, когда Таширов вышел из ванной и увидел её?
Извинилась бы, покаялась. Попросила молчать. Может, он и согласился. Хотя…
Лия ни в чем не была уверена.
— Вечеринка.
Кажется, это сказал всё тот же Таширов.
— Да, — Лия уставилась на воду в стакане. Та неспешно покачивалась.
— Ринат, конечно же, не знает о вашей выходке!
— Нет.
— Зашибись.
А это Марат. Он вправе гневаться. Она его не осуждала. И даже не пыталась защититься.
Родион ещё некоторое время постоял рядом с ней, потом отошел и отозвал Марата. О чем они разговаривали, Лия не вслушивалась. Не до них.
Она лихорадочно соображала, что делать.
Мазнула пальцем по экрану телефона, открыла чат с девочками.
Чат удалили.
По спине девушки прошлись колкие мурашки.
Как интересно получается. И кто её подставил? Ди? Лора? Но, черт побери, для чего?
Слезы снова слишком близко подобрались к глазам, и Лия упрямо провела ребром ладони по щекам. Больше плакать она точно не будет.
С ней самой всё понятно. Опозорена. Опорочена. Что последует дальше? Неприятный разговор с папой Ринатом и, скорее всего, с семьей Шавидовых. Разговаривать с последними будет не она, тут тоже понятно. Помолвку разорвут. Девяносто девять и девять десятых процента.
Расстроится ли из-за этого Лилия? Вопрос очень неоднозначный.
С её помолвкой дела обстояли довольно странно и интересно.
Странно в том плане, что она согласилась выйти замуж за почти незнакомого молодого человека лишь только потому, что опять-таки была хорошей послушной дочерью, а отчим сказал, что нашел ей жениха из добропорядочной семьи и тот позаботится о Лии.
Интересно — потому что она не воспротивилась. Ей сказали, что надо, значит, надо. Казалось бы, а как же любовь? Как же свидания, первый трепет в груди?
Когда Лия соглашалась на договорной брак, она не думала об этом. Она видела картину, где мама счастлива с Ринатом. И ей казалось, что это правильно.
