Наступила середина осени, и Лилия на ветру выглядела как маленький городок в старом романе. Она была живой шахматной доской с ее улочками, тихими переулочками и заброшенными домиками. Мало кто мог уловить, что под этим мирным видимым покровом скрывается тайное вихревое движение сердец и мыслей....
Надежда Михайловна горько усмехнулась.
— Как видишь — есть. Ты чего-то не знаешь о своих девочках, Лия.
В гостиную вошли мужчины. Все трое. И у каждого такого выражения на лице, что прячься.
На Рината Лия и вовсе опасалась смотреть.
Как оказалось, не зря.
— Лия, в машину, — сурово проговорил отчим.
Девушка кивнула и поспешила к выходу.
Уже подходя к дверному проему, её настигло странное ощущение. Холодок пробежался между лопаток. Девушка поборола искушение обернуться и посмотреть в чем дело.
Глава 4
Лия могла бы сказать, что всё обошлось, если бы не череда дальнейших событий, посыпавшихся друг за другом как снежный ком.
Папа Ринат ей поверил. Долго всматривался в телефон, потом перекинул себе скрины.
— Что Шавидовы? — спрашивала она, но ответа не получала.
Утром к Лии пришло осознание того, что ей теперь не надо выходить замуж на Тагира.
Скорее всего.
Спала она беспокойно, то и дело прислушиваясь к тишине в доме. Ринат молчал. Молчала и мама. Даже странно. Девушка более не пыталась поговорить с отчимом.
С Тагиром они общались преимущественно по скайпу. Он учился в Лондоне, в Россию приезжал нечасто. У них был договор созваниваться раз в две недели. Они его поддерживали на первых порах, но последние полгода звонки стали реже, что не могло не обратить на себя внимание. Складывалось впечатление, что Тагир тоже как-то не горит желанием жениться на Лии. Но надо. Отец сказал.
Их свадьба намечалась осенью. На лето Лия возлагала надежды. У них у обоих будут каникулы, они смогут пообщаться вживую.
Тагир был старше её всего на год. По сути, какой им брак? Он им нужен?
Ей — нет. Ему, кажется, тоже.
Поэтому утром Лия встала с намерением откровенно поговорить с Ринатом.
Может, всё и к лучшему?
Но отчима дома не оказалось. Мама же качала головой.
— Я не знаю, Лилия.
— Мам, не называй ты меня так! — девушка притянула ноги к груди. — Ты же знаешь — не люблю.
— Я волнуюсь и переживаю.
— Всё будет хорошо.
— Ты так в этом уверена?
— Я верю в это, мам.
— Что Лора с Дианой? Они хотя бы пытались с тобой связаться? Как-то объясниться?
— Пытались. Звонили обе. Я не ответила. Пока не хочу с ними разговаривать.
Лия опасалась, что папа Ринат отберет у неё телефон, ограничит передвижение. Она подвела его. Считала ли она, что опозорила отчима?
Скорее, нет, чем да.
Правильно люди говорят — утро вечера — мудренее.
Сегодня она на ночное приключение смотрела иначе.
