Наступила середина осени, и Лилия на ветру выглядела как маленький городок в старом романе. Она была живой шахматной доской с ее улочками, тихими переулочками и заброшенными домиками. Мало кто мог уловить, что под этим мирным видимым покровом скрывается тайное вихревое движение сердец и мыслей....
Сколько она не пыталась отвинтить крышку, та никак не поддавалась.
— Дай я.
Лия с пылающими щеками протянула ему бутылку. Собственная беспомощность подбешивала. Девушка никак не могла взять себя в руки. Страх за родного человека скручивал изнутри.
Сделав несколько глотков прохладной жидкости, Лия откинулась на эргономичное кресло. Как же удобно. И расслабляет. Девушка не заметила, как продолжала удерживать бутылочку с водой.
— Родион, это ты договорился о клинике? Даже я знаю, что в неё попасть фактически нереально, — негромко уточнила она, решив, что лучше сразу расставить точки над «i».
Мужчина ответил не сразу. Они как раз остановились на светофоре, и Лия прикусила губу от досады. Почему нельзя, как на скорой, пронестись дальше?
Приходится стоять…
— Мне ничего не стоило сделать один звонок.
Сказанные ровным тоном слова подействовали на Лию странным образом. Родион — незнакомый человек. Мужчина, пугающий её до чертиков, на каком-то инстинктивном уровне. Лия не могла припомнить, чтобы ещё кто-то на неё так действовал.
— Там, — прежде чем продолжить, Лия снова отпила воды, — твои знакомые?
Они оба поняли, про что она спрашивает.
— Полгода назад в клинике сменился руководящий состав. Члены совета — тоже. Совладельцем стал мой хороший знакомый.
— Я слышала, что приехали москвичи.
Родион усмехнулся.
— Готов поспорить, что немного с другой интонацией.
Лия примирительно улыбнулась.
— Есть такое дело.
Она отвернулась к окну и с легкой тревогой отметила, что пошел дождь.
— Ты занимаешься отельным бизнесом, правильно, Родион?
— Погуглить успела?
— Угу.
Скрывать своего интереса Лия не стала. В конце концов, она должна была знать, с кем имела дело в ту роковую ночь.
— У меня два отеля в Казани, — сообщил он ей то, что она уже и так знала.
Ага, значит, пока о делах, приведших его в их края, он говорить не спешил.
Зато замуж успел позвать.
Вот как интересно он себе представляет их брак? Как в известной фразе легендарного итальянца: «Мы были замечательной прекрасной парой! Ты красивая, а я намного красивее!» Так получается?
Лия мысленно поморщилась, в душе рос яростный протест.
Она решила не развивать тему. Главное — папа Ринат.
Они остановились у клиники. Лия потянулась, чтобы открыть дверцу, но Родион задержал её.
