Пошел на причастие. Мама уже ушла наверх переодеваться, а папа, гневный как ярмарочный козёл, швырнул тяжелый молитвенник — стоявшие на этажерке статуэтки разлетелись вдребезжи. Мы только вернулись из церкви, и теперь перед обедом всё было мирно: свежие пальмовые листья в золотой рамке портрета тихо сгрудились вокруг семейной фотографии....
Она повернулась, собираясь выйти из комнаты. На ней была нарядная запашная юбка с желтым принтом и подходящая по цвету блуза с пышными рукавами, украшенными желтым кружевом.
— Nwunye т, — позвала тетушка Ифеома, и мама обернулась."
"Впервые я услышала, как тетушка зовет маму Nwunye т, несколько лет назад и была этим поражена. Как может женщина называть другую женщину «жена моя»? Когда я спросила об этом у папы, он сказал, что это пережитки старинной языческой традиции, когда женщина выходила замуж не за мужчину, а за всю его семью.
— Ей я тоже жена, потому что стала женой вашему отцу. Так она показывает, что приняла меня.
Она говорила очень тихо, хоть и мы остались в комнате одни.
— Nwunye т, иди и присядь. Ты выглядишь усталой. Ты здорова? — спросила тетушка Ифеома. На мамином лице появилась натянутая улыбка:
— Я здорова, все хорошо. Я помогала женщинам готовить.
— Иди и сядь, — повторила тетушка Ифеома. — Ну же, сядь и немного отдохни.
Мама села рядом со мной.
— Юджин распорядился, чтобы на Рождество во двор вынесли еще стульев. Пришло уже так много людей!
— Ты же знаешь, что на праздник у народа нет других занятий, кроме как ходить от дома к дому, — ответила тетушка Ифеома.
— Юджин не отпустит детей на языческий фестиваль, — мама затрясла головой.
— Языческий фестиваль, kwa?[49] Все едут в Аро, чтобы посмотреть на mmuo!
— Я понимаю, но ты знаешь Юджина.
Тетушка Ифеома медленно покачала головой.
— Я скажу ему, что мы поедем кататься, ведь так дети смогут лучше узнать друг друга и провести время вместе.
Мама судорожно сжимала пальцы и какое-то время не отвечала. Затем спросила:
— Когда ты повезешь детей в родной город отца?
— Наверное, сегодня, хотя сейчас у меня нет сил на семью Ифедиоры. У них беда с головой, и с каждым годом становится только хуже. Его родня болтает, что он оставил много денег, а я их спрятала. А на прошлое Рождество одна женщина заявила мне, что я его убила.
