В мрачном доме Лиловый оттенок льется через каждое пространство — тусклые светильники, мрачные полированные столики и обитая темной кожей стулья. Здесь царят противостояние и злость: мужчина с видом злого террориста врывается в прихожую, его подруга отвечает твердым бурчом без улыбки. Это мир изгнанников и неприятия, где даже простое приветствие может обернуться столкновением....
Но никакой милиции, шума от них и протокольной писанины много, толку – ноль.
– А что за команда, Сергей? – Настя, съежившись, сидела на краю дивана.
Командой звался начальник службы безопасности и его зам, прошедшие огонь, воду и медные трубы в сыскном деле. Иванов тоже не был совершенным дилетантом, когда-то отслужив в органах полтора года. Им, конечно, даже и в подметки не годился. Но попробовать все же решил. И не столько из-за пропавших вещей, сколько из-за того, чтобы в Настиных глазах возвыситься до героического уровня.
– Настена, давайте подумаем… – Он присел к ней рядом на диван и тронул за плечо. – Да не переживайте вы так, разберемся!
– Да, – протянула она с неожиданным испугом и поежилась, то ли от его прикосновения, то ли от страха. – Вы разберетесь и уедете, а я как тут останусь?!
– Как?
Глупый вопрос задал, конечно же. Но рядом с ней соображалось очень плохо. Какое тут соображение и сосредоточенность, когда глаза цвета молочного шоколада смотрят на тебя с такой суеверной надеждой.
– Но ведь если этот человек пробрался ко мне в дом один раз, он может и второй раз попробовать! – прошептала она с ужасом. – А если я вдруг окажусь дома! Что тогда?!
– А действительно… – В голове неожиданно забрезжило. – Как он попал к вам в дом? Квартира была заперта?
– Да. На оба замка. На верхний и нижний, – отчеканила Настя Соколова, как прилежная ученица.
– Следов взлома тоже никаких?
Нет, ну до судорог хотелось потрогать ее рот губами.
– Сергей, вы меня не слушаете! – возмутилась Настя, ткнув пальцем ему чуть ниже ключицы."
"– Простите, задумался.
И тут же про себя шкодливо хмыкнул: знала бы она, о чем!
– Так на чем мы остановились?
– Я сказала, что следов взлома никаких. Было бы видно, свет на лестнице великолепный.
– Тогда как?
Он обнаглел настолько, что, не выдержав, взял и заправил ей прядку волос за ухо. И тут же зачастил, зачастил, чтобы она отвлеклась от смущения, тут же залившего ей лицо пунцовым цветом.
