В тёмном закутке трактира, где воздух заполоняется запахом старого латыни и потрескавшихся документов, Джоэль Ренье вглядывается в разложенные перед ним бумаги. Повисает напряжённая тишина, окутывающая каждого присутствующего. Это место — убежище магов и ведьм, где каждая страница может быть ключом к сокровищам подземного мира....
В своей руке она сжимала ладошку Лилли. Девочка счастливо улыбалась, а из-под ее распахнутой курточки выглядывал край волосяной куклы.
— Здравствуйте, — кивнула женщине Лина и поспешила присесть на корточки перед Лилли. — И тебе привет, милая. Все же хорошо, правда? — Тайком поправила куртку, запахнув ее посильнее. Андер никогда не был обделен внимательностью к деталям, и она даже не сомневалась, что, увидев куклу, он непременно поймет, из чего она сделана. А знать секреты Линдена ему совершенно ни к чему.
Девчушка чуть нахмурилась, будто сосредотачиваясь.
— Фо-ль-со, — произнесла она, хмурясь еще больше и очень стараясь сказать правильно.
Лина пораженно моргнула.
— Ты говоришь. Умница, — выпалила радостно и заключила девочку в объятия.
Все-таки Айрторн сотворил чудо.
— Потихоньку, — ответила за дочь Агнесса. — Пока только чуть-чуть. — Однако сама лучилась от гордости за ребенка.
— Это прекрасное начало, — улыбнулась Линетта, выпрямившись в полный рост и наконец отпустив довольную вниманием девчушку.
— Спасибо, — поблагодарила ее мать и вдруг посерьезнела, подняв взгляд над Лининым плечом — на все это время молчавшего сыскаря. — Здравствуйте, господин Ферд, — произнесла сдержанно. Спокойное выражение лица, расслабленная поза, тем не менее молчаливый вызов в ее взгляде не заметил бы разве что слепой.
— Хм, — Андер кашлянул. — Очень рад видеть вас… в добром здравии.
Улыбка женщины стала натянутой, и она поспешно опустила взгляд на детей.
— Ну что, пойдем? Попробуем тыквенный чай?
Лилли захлопала в ладоши.
— Цай. Цай.
— Чай, Лилька, — строго буркнул на девочку старший брат. — Надо говорить: чай.
— Туляк, — огрызнулась Лилли.
Лина не сдержала смешок.
— Не ругайся, — нахмурилась Агнесса, и девочка пристыженно потупилась, однако ехидная улыбка с ее личика никуда не делась.
На прощание Линетта обняла еще и Моррена.
— Никто больше не приходил? — шепнула ему на ухо."
"— Нет, — откликнулся мальчик, и она выдохнула с облегчением.
Счастливое семейство смешалось с толпой, отправившись за обещанным бесплатным чаем, а Андер приобнял Лину за плечи.
— Вот видишь, каждый сам кузнец своей судьбы, — произнес он, провожая взглядом спину их общей знакомой. — Очень рад, что она взялась за ум.
И вроде бы он не сказал ничего такого и, кажется, на самом деле был рад за Агнессу и ее детей, но Линетта невольно поморщилась. Эта фраза была настолько ""отцовской"", что ей сделалось дурно.
