Юрий Черкасов переносится в прошлое и оказывается в теле лейтенанта Красной Армии во время «зимней войны» с Финляндией. Герой пытается изменить ход истории, сталкиваясь с суровыми реалиями войны и жестокостью окружения. Перед ним стоит задача повлиять на судьбу страны в условиях военного времени.
Раздел Chitat.online для книги «Лёд и пламя» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Юрий Черкасов переносится в прошлое и оказывается в теле лейтенанта Красной Армии во время «зимней войны» с Финляндией. Герой пытается изменить ход истории, сталкиваясь с суровыми реалиями войны и жестокостью окружения. Перед ним стоит задача повлиять на судьбу страны в условиях военного времени.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Юрий Черкасов переносится в прошлое и оказывается в теле лейтенанта Красной Армии во время «зимней войны» с Финляндией. Герой пытается изменить ход истории, сталкиваясь с суровыми реалиями войны и жестокостью окружения. Перед ним стоит задача повлиять на судьбу страны в условиях военного времени.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Лёд и пламя» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Одна кандидатура у меня уже была, это Якут. Поэтому я и не стал сменять его с поста по охране пленных. Хотя, первоначально и хотел направить на это самое спокойное место кого-нибудь из лёгкораненых бойцов. Но потом подумал, что если включать его в группу прорыва, нужно чтобы он был в полной форме. От состояния боевой готовности нашего следопыта во многом зависел успех незаметного просачивания ребят через финские позиции.
Сейчас в генеральском кабинете я решал, кого ещё включить в эту группу. Насчёт численности я определился – это будет три человека. Чтобы протащить через финские позиции одного пленного такого количества сопровождающих достаточно. Включать в эту группу больше бойцов, значит сильно ослабить оборону дота. Здесь каждый, способный держать оружие, был на вес золота. Чтобы проползти через минные поля, требовалось в группу включить сапёра. Выбор был невелик, и я определил туда красноармейца Саликова. Второго сапёра, сержанта Виктора Иванова, отпускать было нельзя. Он оказался прекрасным пулемётчиком, и сейчас был командиром одной из пулемётных башенок. Третья кандидатура вызвала наибольшие трудности, но потом я всё-таки остановился на старшем сержанте Курочкине. Как ни жалко было его отпускать, но лучше Рябы, никто бы не справился с этой задачей. Наверху его заменю я, тем более, все дела на штабном этаже уже закончены. Пора и самому поучаствовать в обороне нашего дота.
Подготовив документы и сложив их в финский походный рюкзак, я, оставив его на генеральском столе, направился к своим ребятам наверх. Здесь было уже относительно тихо. Финская танковая атака захлебнулась с большими потерями противника. К двум подбитым танкам, которые я уже видел, добавилось ещё три. Они дымились в метрах трёхстах от дота. Половина ребят отдыхала. Продолжал воевать расчет одного из крупнокалиберных орудий. Сизов по второму разу обрабатывал отмеченные в финской карте укрепления.
В первую очередь, что я сделал, поднявшись в орудийный зал, по внутренней связи вызвал Шерхана и приказал ему вместе ещё с одним красноармейцем идти на уровень, где содержатся наши пленные. Там, среди финнов найти поваров, чтобы они приготовили под его контролем горячий обед. Горячее питание требовалось как моим бойцам, так и пленным финнам. Эти бедолаги даже не завтракали. Единственное, что мы для них сделали – поставили в помещение, где содержалось более ста сорока пленных, большой бак с водой.
Закончив говорить с Шерханом, я начал беседу с Курочкиным. После того, как он доложил о наших успехах, пришлось ему сообщить о своём решении. Я его буквально огорошил своим приказом. Никаких возражений я не принимал. На его робкие попытки обосновать необходимость своего участия в обороне дота, я заявил:
— Ряба, прекращай канючить.
