В холодном зале аптеки Лиса встретила мужчина с невероятно холодным взглядом, который казался отражением самого хладнокровного льда. Здесь каждая капля лекарства и каждый ингредиент были словно пронизаны молнией, создавая атмосферу неотвратимой опасности и глубокой таинственности....
Сколько бы гадостей ни говорил Ксандер, он прикрывал меня как мог: когда сообщил гостям о моем якобы нездоровье; вчера, когда отдал мне свой браслет, сейчас… Да просто когда перебрался в мой дом – люди ведь начали болтать, Люция говорила мне об этом не раз и не два! Да, он и о своей репутации беспокоился, и все же…
– Спасибо, – повторила я. – Мне очень стыдно, что так…
Он покачал головой.
– Не стоит. Сожаления ничего не вернут.
– Да, вы правы. – Я тоже встала. – Хорошего вам дня.
– И вам. – Ксандер склонился к моей руке, и получилось у него это так подчеркнуто официально, что я едва сдержала ругательство.
Вот и поди пойми его, то в спальню грозится вломиться, то вот… ведет себя как истукан! Я тряхнула головой. Бесполезно гадать, что на уме у другого человека, да и времени на это нет, дел полно.
Забрав у Томаса деньги, я взяла Энн и отправилась в город. В коляске я могла бы ездить одна, но ходить по улицам знатной даме следовало с сопровождением, да и мне самой так было спокойней, все-таки я еще не привыкла к новому миру.
Теперь по дороге до рынка я не просто таращилась по сторонам, а выискивала взглядом аптеки. Не нашлось ни одной – и это не в самом бедном квартале! Зато обнаружились целых три лавки со «средствами для красоты», и в одной мне даже удалось договориться, что я принесу образцы, а хозяйка посмотрит и назначит цену. Конечно, цена меня может и не устроить, но отказаться я всегда успею. Лиха беда – начало.
И все же мысли мои то и дело сворачивали к браслету. Как забрать свою вещь у поганца Айгора? Не мог же он быть настолько глуп, чтобы полагать, будто я не замечу пропажи! Так какой реакции ждет и что мне теперь делать? Прийти и прямо потребовать вернуть украденное? Люция выставит меня вон. Еще и растрезвонит на весь свет, какая я неблагодарная дрянь: она ко мне со всей душой, а что в ответ? А поговорить с Айгором наедине нам не дадут.
Сказать мужу? Поверит ли он или опять обвинит в шашнях с другим? И что потом? Он ведь тоже не может прийти к Айгору и потребовать ответа.
– Что с вами, миледи? – спросила Энн. – Вы так побледнели.
– Все хорошо…
Но ничего не поделать, придется все-таки рассказать обо всем Ксандеру. Сама я с этим не справлюсь. А там… будь что будет.
